Магия сказочного леса

А тушки животных, похожих на белок, мирно покоились на коленях парня.

«Тушки?» – обмерла я. Зверьки пустыми глазками смотрели в бесконечность, а когда юноша кинул мне на колени одного такого «лапочку» со словами: «Еда, налетай!», я очень быстро вскочила на ноги и закричала.

– Ты что? – испугался парень моей реакции, так как кричала я долго, а потом еще не меньше минуты прыгала на месте и махала руками, словно отбиваясь от невидимых насекомых. – Что произошло?

– Белка... Мертвая... Убери-убери... – только и смогла произнести я.

Парень не сводил с меня тревожного взгляда.

Ручная белка по имени Твикс (я еще та сластена) несколько лет была моей отрадой и утешением: и когда мама устраивала скандалы из-за того, что я «лодырь несусветный» или «тупица безмозглая, не способная решить простенькое уравнение по математике», и когда в нашем доме случилось нашествие собачек, и когда меня чуть не исключили из школы. По вечерам я открывала клетку и отпускала питомицу свободно путешествовать по комнате. Ершик, выставленный за дверь, жалобно скребся в коридоре, но я и не думала его впускать.

Мне хватило одного раза, когда он практически сожрал мою белку, и я едва не вырывала ее из кошачьей пасти.

Год назад моя белка пропала. Я просто пришла вечером домой, а там ни клетки, ни белки. Я не стала никого об этом спрашивать. Мысль, что моя питомица умерла, пугала сильнее всего. Подозревать Ершика глупо, так как у белки был уже преклонный возраст. Но все же лучше думать о том, что она просто удрала. Да, значительно лучше.

Теперь, гуляя по парку, я в каждой скачущей по дереву белке видела свою беглую «подружку» и становилось намного лучше.

А сейчас было просто кошмарно.

– Это не совсем белка... – начал было парень.

– Убери ее от меня! – настойчиво приказала я. – И ты еще спрашиваешь, что произошло? Ты ведь это несерьезно? Ты их убил... Убийца!

Последнее словно я произнесла так громко, что напугала птицу, отдыхающую на соседнем дереве. Да и мой спутник тоже был напуган. Еще мгновение назад я млела в его объятиях и строила воздушные замки (не заметить этого было просто невозможно), а сейчас бросалась таким словами, как убийца.

– Ты чего? – окончательно растерялся юноша. – Они ведь для того и существуют, чтобы их убивать и есть.

– Не-ет! – растягивая слово, выкрикнула я. – Они существуют, чтобы жить и радоваться жизни. И вообще я вегетарианка. – «Врушка, врушка, врушка», – заверещала совесть.

До вегетарианки мне было далеко (ну о-очень далеко).