Магия сказочного леса

– повторила гусыня и встревоженно захлопала крыльями.

– Ох уж эти люди, – хрипловато проворчал крупный гусь-папа, замыкающий шествие. Он развернул голову и на его клюве блеснули самые настоящие очки. – Вечно с ними так... Нет, чтобы в мире и согласии жить.

– Хорошо сказано, отец, – поддержал гуся один из гусят и бесстрашно выпятил пернатую грудь вперед. – Не люблю людей!

Стражники, без сомнения являющиеся людьми, многозначительно переглянулись, но отвечать на эту реплику ничего не стали.

– Приятного времяпровождения, мадам, – пробасил первый стражник и отошел в сторону, чтобы пропустить семейство в город.

Сложив за спиной крылья, покачивая бедрами и спешно перебирая перепончатыми лапками, мама-гусыня засеменила к воротам первой, а за ней – ее семейство. Папа-гусь по-прежнему замыкал шествие. Он легонько подтолкнул все еще хныкающего гусенка крылом, и семья скрылась в проеме. «Говорящие гуси, они говорят...» – не могла успокоиться я.

Только минут через пять, немного отойдя от шока, я снова выглянула из кустов. На этот раз к стражникам подъехала телега с соломой серого цвета. Остановившись, запряженная в нее пегая лошадь тут же принялась скучающе щипать траву, а кучер – худой седой старик с длинной серебристой бородой – разминать шею.

– С каких это пор приезжающих в город досматривают? – спрыгнув с телеги, спросил у стражников босой парнишка с волосами цвета соломы в телеге. – Еще вчера мы проехали без проблем.

– Проблемы у тебя появятся, если не научишься держать язык за зубами, – грубо ответил стражник, который совсем недавно источал вежливость и добродушие, общаясь с гигантскими гусями. Говорящими гусями!

Другой стражник внимательно осмотрел телегу, покопался в соломе и, убедившись, что кроме нее там ничего нет, вернулся к своему напарнику. Я среагировала быстрее, чем смогла обдумать правильность решения и, согнувшись чуть ли не пополам, стремительно понеслась к телеге. Пока стражники рассматривали какие-то документы, протянутые парнем, я рыбкой юркнула внутрь соломы и затаила дыхание.

Парень вернулся на свое место, старик присвистнул: «Ну, пошла, милая», и пегая лошадка зацокала копытами.

Без проблем мы въехали в город, и я облегченно выдохнула. А потом набрала в грудь побольше воздуха, но так и осталась лежать с надутыми щеками. Увиденное поразило меня до глубины души.