Ведьмина сила

Есть ли способ спрятаться даже от тебя?

Бес поскрёб за ухом задней лапой, повернулся и посмотрел в упор:

– А каковы твои возможности, ведьма? Ты слышишь новых, а если серьёзно проверить каждого? Сколько времени на город? И хватит ли тебя?

Я прикинула:

– Если серьёзно и каждого, считывая и запоминая биоритмы... Недели две-три. Но обычно мне хватает звучания сердца и недели.

– А если оно не бьётся?

Теперь я посмотрела на него в упор:

– Что ты хочешь этим сказать?

И замолчала, наконец сообразив. Они же знают особенности моей силы, и первое, что спрячут, это биение сердца.

А его можно скрыть только двумя способами – временной остановкой или анабиозным замедлением. Я ведь не услышу новое сердце случайно, только если ищу целенаправленно, и на короткие промежутки – на час-два – можно просыпаться и смело ходить в любой личине, даже у меня под носом. И так же скрывается сила. Я же живой человек, а не механический радар, настроенный на определённую частоту, не спящий, не устающий...

– Спячка? – спросила я резко. – Но как она возможна без целителя? Только мы умеем так работать с организмом.

– А откуда твои знания и умения, ведьма? – бес склонил голову набок. – От стародавних. Огрызки, но из прошлого.

Всё. Я поняла. Отставив чашку, я подошла к «коту» и от избытка благодарности почесала его за ухом. Он из вежливости и для полноты образа сипло заурчал.

– Не хочешь прогуляться? – улыбнулась ему. – На пару часов. Но никаких искушений, болезней и явлений людям.

Тихо, подворотнями и кустами. И нечисть местную не тронь.

– Само собой, поймёшь же, – фыркнул бес и сиганул в окно, только хвосты мелькнули в яблоневых ветвях.

Я обернулась на склянку и нащупала в кармане халата пробку. Не вернётся – верну. Пропитался зельем так, что никуда не денется и будет вести себя смирно. А я пока займусь делом.

Перенеся вещи в гостиную и открыв походный сундук, я зарылась в амулеты и заготовки. Есть два варианта: или они спят полумёртвым сном, иногда просыпаясь, или.

.. умеют делать то же, что и Ехидна – подселяться второй душой к человеку, подобно нечисти, и смотреть его глазами. И хранить в своём теле искру жизни.

Как? Не знаю. О тонкостях одержимости наши сказки молчат. Но одно знаю точно – изменения в сердечном ритме будут минимальными, и я могу их не заметить. И если бы не ожоги Ехидны и её безмолвное присутствие за спиной, я бы этим предположениям не поверила. Но с некоторых пор я верю очень многому.