Восход созидателя. Каратель

-Господи! Ольга Яковлевна говорила, что ты еще всех удивишь, что встанешь на ноги за две –три недели, но ни один врач не хотел в это верить,- мама плачет. Тамбовцева стоит с невозмутимым видом. Дескать только попробуй не исцелиться. Случай как раз из той серии: не вздумай погибнуть, а то сама тебя убью.

-Верь ей, - шепчу я. Перевожу глаза на Венеру и улыбаюсь, -Венера…

Она превратилась в угловатого подростка. Стоит, смотрит. Держит невозмутимое выражение лица. Но я то знаю, с каким трудом она сдерживает слезы.

Через что ей пришлось пройти через эти годы.

Она порушила аристократический этикет. Встав по левую руку от меня,она заявила свои права на меня, одновременно признавая мои права на нее. И тут же ее суженый погиб. Именно так. Ибо если бы не моя воля, я бы не вырвался с изнанки. Потом оказалось что я в коме.. Ситуация оказалась для нее гораздо хуже, чем просто моя гибель. Сколько раз ей пришлось выслушать дома от родителей. Зная маму уверен, что она тоже отговаривала девочку оставить безнадежную партию и начать планировать новую жизнь.

И они были правы: беспомощный инвалид не пара блестящей аристократке. Судя по победным взглядам Венеры на мать так оно и было.

Пока я все это переваривал мы уже прибыли в комнату на первом этаже отдельного коттеджа, расположенного на подворье недалеко от господского дома. По обстановке определяю, что здесь находятся специально оборудованные помещения для приема пациентов.

Меня перекладывают на железную кровать. Комната обставлена в минималистском стиле, но здесь гораздо уютнее, чем в больнице.

Мама с о своей спутницей присаживаются на венские стулья у моего изголовья. Садятся рядышком. За прошедшие годы общая беда сблизила их. Вижу, что между ними нет никакого напряжения. Больше напоминает отношения матери с дочкой.

-Адам, баронесса гарантировала, что все будет в порядке.

-Я знаю, - все это время, открывшимся вторым потоком я не перестаю тренировать организм.

Слова даются уже легче, к этому времени я смог пробиться к пальцам левой руки,-Смотрите…

Обе неверяще смотрят на другую руку. За годы, они прекрасно изучили тему. Знали, что в таких случаях человека ждет впереди жалкое существование состоянии безнадежного овоща в полной неподвижности. Но людям всегда свойственно обманывать себя призрачными надеждами и верить в чудо...