Можно ли обижать мальчиков (сокращённый вариант)

Ведь так?

Я кивнул головой.

– Но не это главное. – продолжила Валентина Николаевна, положив руку на плечо Марии Степановны, которая резко отвернулась к окну. – Они не смогли найти ни твоих родных, ни друзей, ни знакомых, вообще никого, кто бы о тебе знал. Не помогла даже ежедневная трансляция по Ру-нету. Никто так и не откликнулся. Хотя мне непонятно, как такое вообще может быть?

Ну, ещё бы. Зато мне очень даже понятно. И я был бы сильно удивлён, если бы меня кто-то узнал.

– В связи с этим у нас, а точнее у Марии Степановны, к тебе есть очень серьёзный разговор.

– Валентина Николаевна замолчала, глядя на свою сестру.

– Ну, ладно. – сказала она, видя, что та никак не принимает участие в разговоре. – Так как за это время твоя семья не нашлась, и неизвестно найдётся ли вообще, то Мария Степановна предлагает тебе …

– Я вас слушаю, Валентина Николаевна. – подтолкнул я заметно волнующуюся женщину. – Что хочет предложить мне Мария Степановна?

– В общем, ты ей понравился, и она хочет тебя усыновить.

Что ты скажешь на это? – выпалила Валентина Николаевна, вопросительно уставившись на меня.

Мария Степановна же с такой силой сжала подоконник, что он начал потрескивать от созданного её пальцами напряжения.

– Ты можешь подумать столько, сколько нужно. Никто тебя не торопит. И без твоего согласия ничего не будет. – быстро проговорила она, повернувшись ко мне.

Да уж! Не ожидал я такого предложения. Да я вообще не думал ещё, что буду делать после выздоровления и выписки из больницы, как и на что буду жить.

Хорошо, хоть медицина у нас бесплатная. Стоп, это у нас там она бесплатная. А у них тут – это ещё вопрос! Я, задумчиво прищурив глаза, посмотрел на врачих, всё также стоящих около окна и держащих друг друга за руки.

Что это? У меня галлюцинации? Что за нимбы вокруг их голов. Или это солнечный свет играет со мной шутки. Да нет же. Опустив взгляд, я увидел, золотое мерцание вокруг всей женской композиции. А наибольшее свечение исходило от сцепленных рук целительниц, на которые свет никак не мог падать, так как они скрыты от него женскими фигурами.

Помотал головой – не помогло, свечение никуда не делось. Крепко зажмурил глаза, да ещё и потёр их руками.

– Что с тобой? Болят глаза?

Когда я их открыл, обе целительницы сидели возле меня, встревожено вглядываясь в моё лицо. Внимательно осмотрев их головы и руки, я, не углядев никаких следов неположенного свечения, облегчённо вздохнул:

– Нет. Просто, что-то попало в глаз.