Мрачные тайны Луарвига

Впрочем, подчёркнутый снобизм Макса уже давно перестал меня забавлять, поскольку поводов для раздражения было больше. В полдень задумав устроить вечером светский раут, Макс способен к восьми часам создать такую обстановку, что появиться за пределами своих комнат не в вечернем платье и без безукоризненной укладки на голове было просто невозможно. Хотя, если честно, меня иногда подмывало надеть драные джинсы, растрепать волосы и вылететь в гостиную верхом на метле. Самое противное, что эффекта не будет. Вернее, он проявится на следующий день в сплетнях и светской хронике, а также в холодном презрении со стороны Макса.

Между прочим, ещё неизвестно, в чём будет больше яда.

Короче, к восьми часам я скопировала причёску, изображённую на обложке последнего номера журнала мод, который мне доставляли из Парижа за бешеные деньги, надела облегающее платье из шёлка расцветки «а-ля снежный барс» с серебристым поясом, застегнула на шее алмазное колье – один из последних подарков Эдди, и сунула ноги в серебристые лодочки на высоком тонком каблуке из прозрачного пластика, имитирующего радужный хрусталь.

Теперь, по крайней мере, я могла выйти из комнаты.

На минуту задумавшись над выбором духов, я спросила:

- Кинг, доктор МакЛарен приглашён?

- Конечно, - откликнулся вездесущий дворецкий. – Я проследил, чтоб он лично получил приглашение.

- Старый сводник… - проворчала я, останавливая свой выбор на «Королеве льда».

Кинг вежливо хихикнул. Он почему-то считает Джулиана более достойным моего внимания, чем Эдди Грандера, видимо, догадывается о его аристократическом происхождении.

А может, как многие старики, относится с почтением к докторам.

Естественно, когда я вышла из своих апартаментов, всё вокруг сверкало, в мраморных вазонах благоухали розы, между прочим, искусственные, но жутко дорогие. Камины были затоплены, свечи зажжены, на столиках и подставках громоздились изысканные низкокалорийные закуски из натуральных продуктов и бокалы с коллекционными винами. Музыка Моцарта неслась по сияющим залам.

«Да, - подумала я, - за два дня наш Макси, похоже, наскучался до одурения».

Получив наследство и не собираясь заводить потомство, он не видел смысла экономить. Терренс, кстати, тоже вносил свою лепту, пуская на ветер наследство любимой тетушки Мирры.

Постукивая каблуками по мраморным чёрным и белым плитам, я шла по широкой галерее мимо белоснежных колонн, когда увидела впереди высокого человека с идеально прямой осанкой и гордо вскинутой головой.