Мрачные тайны Луарвига

Несколько лет назад один из его приятелей, такой же придурок с манией величия, привёз откуда-то в качестве то ли реликвии, то ли сувенира каменный гроб, в котором был якобы похоронен некий вампир, живший в Аравии. Ринальдо и прочих его дружков аравийский вампир не заинтересовал, у них свой сплочённый кружок выходцев из Европы. Они даже на американских и австралийских собратьев смотрят как на плебеев. Короче, этот коллекционер спрятал свое неудачное приобретение в подвал и забыл о нём. А через некоторое время объявился Плакальщик, вернее, они прозвали его Чёрным Монахом и объявили на него охоту.

То ли это ему не понравилось, то ли его не устроило качество еды, но вскоре он исчез с Дракулы. И только годом позже тот коллекционер обнаружил, что каменный гроб в его подвале взломан изнутри и пуст. Поскольку никаких аравийских вампиров в той местности не светилось, они сделали вывод, что в гробу находился Чёрный Монах. Вот и вся история.

Он задумчиво смотрел на меня своими тёмными глазами, в которых изредка пробегали красноватые отблески.

- Что это был за гроб? – спросила я.

- Выточенная из песчаника продолговатая коробка, закрытая сверху плитой. Щели между крышкой и стенками гроба были замазаны каким-то составом, похожим на цемент, но с примесью человеческой крови, как потом выяснилось. На крышке были искусно вырезаны два четверостишья на арабском языке. Старик снизошёл до того, что сбросил мне голографический снимок крышки и даже перевод, сделанный одним из его подданных, знающим арабский.

Он достал кожаное портмоне и вынул оттуда небольшую карточку. Хок взял её и подал мне. На лицевой стороне было объёмное изображение каменного рельефа арабской вязи, хорошо видное благодаря голографии. На обороте чётким почерком были написаны восемь строк:

 

Пока за кругом спит гончар,

Пока в походе янычар,

Разбей кувшин и пей вино –

Источник юности и чар.

 

Так пьянствуй годы и века,

Покуда правая рука

Не нанесёт тебе удар

Звездой алмазною клинка.

 

Мы с Хоком переглянулись, он вздёрнул левую бровь и пожал плечами.

- Я не специалист в восточной поэзии.

- Я тоже, - призналась я и посмотрела на Луиса. – В гробу что-нибудь осталось?

Он покачал головой.

- Его осмотрели очень внимательно. Больше ничего. Совершенно пустой ящик с гладкими, слегка выщербленными временем стенками.

- Но хотя бы какого периода был этот ящик, они выяснили? – нахмурился Хок.

- Зачем? – пожал плечами Луис.