Элементали. Том 1. Дикарь

− Понял, спасибо, − Игорь прошёл через холл, и, обойдя большой белый кувшин с фикусом, оказался в лифте. Нажав на сенсорную кнопку с цифрой «5», он стал ждать.

«Что я здесь делаю? – размышлял Игорь, наблюдая, как цифры на дисплее сменяют друг друга. – С чего вообще решил, что врач в обычной клинике сможет мне помочь? Почему поверил этому Филиппу?»

Цифра «пять» загорелась прежде, чем он смог ответить себе хотя бы на один из вопросов.

Стерильно чистый коридор встретил Игоря двумя рядами дверей из белого пластика. Подойдя к той, на которой красовалось число «501», Игорь едва успел постучать в неё дважды и занести руку для третьего удара, как дверь распахнулась:

− Входите, входите скорее!

Невысокий худой мужчина в белом халате буквально втащил Игоря в кабинет.

Ничего особенного – обычный, хотя и достаточно просторный кабинет врача с широким рабочим столом со стоящим на нем современным компьютером и большим шкафом, плотно забитым медицинской литературой. Последнее, впрочем, было больше для антуража: вся информация, которая могла понадобиться врачу, почти наверняка хранилась в компьютере.

− Илья Русланович Мерцалов, кандидат медицинских наук и главный врач клиники «МЕКО». Можно просто – Илья, − врач протянул руку. Он был молод – скорее всего, ему было едва ли за тридцать, однако внешняя сторона рук была сплошь покрыта густой русой порослью тёмно-русых волос. На фоне его открытого, почти детского лица, это смотрелось странно.

− Игорь, − пожал протянутую руку Лазарев. Илья энергично тряхнул её, а затем занял место за столом, жестом приглашая посетителя сесть напротив.

Стоило Игорю коснуться стула, как Илья заговорил:

− Итак, Игорь, что у вас стряслось?

− Стихия проявилась совсем недавно, − начал Лазарев свой рассказ. – Я и до этого ощущал её в себе, но никак не мог заставить выйти наружу. Вчера в драке мне это удалось, однако когда я попробовал сделать это снова, ничего не вышло. Вот, собственно, и весь рассказ, − неловко закончил он.

− Род стихии? Как проявилась? С кем дрался? – высунув от усердия кончик языка, Илья быстро делал какие-то пометки на листе.

Игорь не знал, сможет ли тот сам разобрать, что написал – почерк был слишком неразборчив даже для врача – однако это не имело значения. Он продолжил:

− Стихия проявилась, когда я дрался с элементалем меди. Сначала я разбивал об него руки, а затем они покрылись разогретым металлом или, может, какой-то расплавленной породой. Не знаю точно. Это всё.

− Это… Всё, − задумчиво повторил Илья.