Лазурный Край

Тогда я вспомнила, что он не знает ничего, что знали местные, и потому с чувством легкой неловкости принялась объяснять:

-Я слышала, что раньше сама хозяйка магазина почти не получала прибыль. А теперь она хочет нанять себе кого-то в помощники. Это хорошо, что у неё теперь достаточно денег для этого.

Казалось, он всё пропускал мимо ушей - но когда я произнесла "достаточно денег", глаза Ёншоу тут же расширились. Он в самом деле был так восхищён трудами этой женщины? Это заставило меня улыбнуться.

-Она правда много работала для этого, - видя его задумчивость, мне захотелось рассказать побольше, - И, видимо, теперь она может себя обеспечить в полной мере.

Он перевёл взгляд на меня и неожиданно улыбнулся широкой улыбкой. Я не поняла, что именно вызвало у него столько радости из моих слов - но, может быть, это просто какие-то культурные особенности? Я совершенно не знала, какие японцы должны быть, чтобы мочь оценивать его поведение. Поэтому просто пожала плечами, предлагая студенту продолжить прогулку, на что он согласился активным кивком.

Решили возвращаться домой мы поздно - когда небо окончательно потемнело, открывая над моим районом вид на россыпь белых звёзд. На окраине города не было большого количества крупных светящихся построек, чтобы они скрывали от наших глаз звёзды своим ярким светом. Но Ёншоу даже не думал поднимать взгляд наверх, держа обеими руками бумажный пакет с продуктами, которые мы купили, зайдя в один из ближайших супермаркетов. Мы шли молча, а я незаметно наблюдала за ним, пока японец смотрел под ноги или вокруг себя, вглядываясь в случайных прохожих.

И я за проведённый с ним вечер убедилась в том, что Ёншоу действительно милый и мягкий человек - в общем-то, таким же он и был в переписке; разве что казался немного более раскрепощённым, чем оказался вживую. Парень весь вечер с восхищённым лицом изучал мир вокруг себя, задавая смешные робкие вопросы. Иногда он казался ребёнком, который ничего не знает о жизни - но я понимала, что в разных странах разные обычаи, и потому посвящала его в эти тайны культуры. Сомнения на счёт Ямасаки у меня совершенно развеялись, стоило мне подольше побыть рядом с ним, ведь такой милый человек никак не мог быть злоумышленником.

В этой тишине, нарушаемой нечастым шумом от проезжающих машин, голосами прохожих и шарканьем нашей обуви, я наблюдала за тем, как ветер нежными касаниями перебирал прядки чёрных волос, и без того лежавших в беспорядке.