Точка зрения. Дело № 28/2. Протухшие сливки

В те моменты, когда ей кажется, что она слышит гул Термитника - района, находящегося на противоположной стороне Рурка, Мэри понимает, что осталось совсем недолго.Она скоро ослепнет. И остатки того наказания небес, что остальные называют жизнью, она проведет во тьме.Слепая художница, что может быть нелепей?Каждый рассвет Мэри встречает у окна. С видом повезло: третий этаж, река Смоль и массивная угольно-черная башня Крематория за ней.Жаль ее окна выходят на запад, и она может видеть лишь как меняет цвет вода, когда ее касаются первые лучи солнца.

Солнце приходит к ней вечером.Закаты Мэри тоже не пропускает. Неизвестно, какой из них станет для ее глаз последним...Она слышит запах Капитана еще когда он открывает дверь парадной внизу. Она слышит скрип старых половиц, когда он ступает на лестницу.Развлекаясь, она считает его шаги.Раз. Два... двенадцать.Пролет.Раз. Два... двенадцать.Пролет.И так еще два раза.Запах усталости, пота и раздражения заполняет ее до отказа еще до того, как он стучится в ее хлипкую дверь. - Привет, Мэри, - говорит Капитан, когда она открывает.Кажется, он улыбается. Она не может этого понять, ведь чем ближе к ней человек или предмет, тем хуже она его видит.- Здравствуй, Капитан, - отвечает она и отступает на шаг назад, чтобы он мог зайти.От него пахнет злыми мыслями и гневом. А еще - дешевым кофе из закусочной неподалеку.Он с громким стоном облегчения садится в кресло у жаровни и откидывает голову.- Надо пригнать к тебе своих двух. Пусть приберутся. У тебя паутина везде, - говорит он. Мэри усмехается. Пригонит. Придут.Только убирать не будут.Кира будет сидеть на полу, расчесывать ресницы щеточкой и рассказывать о том, как трудно поддерживать себя в форме, а Джек - молча читать книгу.Потом они выпьют по рюмочке шерри, съедят по сладкому эклеру (они приносят их в качестве гостинца, зная, что Мэри не ест сладкое), будут долго восхищаться картинами вокруг, а потом уйдут.Но убираться не будут.- Это опять случилось? - спрашивает Мэри.Капитан глубоко вздыхает и срывает с головы шляпу, которую, презрев приличия, не снял еще в парадной. - Да. Я думаю, что в новом деле замешаны Твари.Мэри морщится. А потом подходит к окну, где на желтеющую осеннюю траву падают первые лучи солнца. Из изогнутых труб, что выходят из окон Крематория, идет дым.

Осень в Рурке теплая. Мягкая. И очень красивая.- Не все другие похожи на чудовищ, и тебе это известно, Капитан. Я всего лишь рисую мыслью. Не будь я Тварью, давно бы сдохла от голода.