Океан уходит, океан приходит-2

Клянусь, если только замечу, что у этого существа светятся руки, отстрелю ему башку. Пусть он и продолжает отпираться. Хотя, если он и впрямь, как утверждает Каарлот, обладает какими-то силами, то он может пригодиться. Та аномальная гроза, с землетрясением…− Так чего, детка? Мы ждем еще каких-нибудь повстанцев для компании? − Ты хоть понимаешь, что тут происходит? Понимаешь, что мы тут не в игры играем? − шиплю я, сграбастав его за воротник.− Нет. − Лицо его спокойно, раздражающе спокойно. И он продолжает, мягко так:− Ведь мне никто, никто из вашей психушки даже и не пробовал ничего объяснить.

Как бы меня ни трясло, признаю: он прав.− Как только я задаю вопрос, мне тут же в рожу утыкается ствол и сыплются угрозы. Нет, я допускаю, у каждого народа свои традиции…− Заткнись. Ты мне лучше скажи, ты − эуктор?Раздраженно мотает своей кудрявой башкой.− Я же говорил…− Хорошо. Но ведь это из-за тебя Центр хорошенько тряхнуло тем утром?Сглатывает и вновь мотает головой. Врет, я отлично вижу, что врет. Нас учили проводить допросы. Когда-то этот предмет был любимым у Злых Близнецов. 

***

За неделю до упомянутых событий

− Эй, да он рехнулся! Постой!

Двое бросились вслед за ним, но были остановлены коротким взмахом руки Каарлота. Он сейчас был на удивление трезв, трезв как стеклышко.

Эсси, никем не остановленный, продолжал шагать в тумане. Он шел, шатаясь, будто слепой, но при этом уверенно.

Хоть и так, будто в конце этого пути его должны были принести в жертву.

Впрочем, он подозревал, что дело может этим кончиться.

Почва была сильно заболоченной, и с каждым шагом он все сильнее проваливался. Это его нисколько не заботило.

«Ну же, где вы», − нетерпеливо повторял он про себя. − «Я тут, это я, Эсси спешит на помощь! Я буду у клятого природника!»

У него не было никаких соображений, почему его подруги так надолго застряли в этом поганом мирке. Главное — то, что они были в большой беде. А он понял это так поздно, все это время пировал при дворе короля Эйхольма.

«Прекрасно, Эсси, просто великолепно.

Друг года. А что до твоих страхов перед твоей… особенностью… Да пусть тебя хоть разметает по этому болоту, лишь бы это помогло делу!»

Он будто прокричал последнюю фразу. Мигом потемнело в глазах, он пошатнулся. Небо разрезало молнией.

Рано. Очень рано. Ведь девочки еще не вышли. Где же они были?

Странники порой могли чувствовать друг друга. Вот только — проклятье, почему этот дар не мог работать по заказу?

Как и его… особенность.