Океан уходит, океан приходит-2

Нападала зевота − очевидно, что-то нервное. Ну зачем, зачем сейчас стал думать про Дракониху? Ведь еще рано… Нали и Кимми все не показывались.

В руке все еще цветет боль − будто ему снова восемь. И в этот момент Центр-муравейник являет ему его девочек.

Эсси улыбается во весь рот и с головой ныряет в тогда, точно в озеро.

Крышка дракона-рояля дрожит, готовая захлопнуться, готовая откусить безвольно лежащую в его пасти руку.

− Продолжай, − велит Дракониха. У нее зловонное дыхание. У него в запасе всего несколько секунд, чтобы сыграть гамму заново.

И правильно. Рука слушаться отказывается.

Указка взлетает снова.

Это все подкрепляется звуком грома. И сейчас, и тогда.

Тогдашний Эсси впервые встречает ее взгляд. Уворачивается. И с силой впечатывает второй, здоровый локоть чудовищу в зубы. Рояль стонет. Пока дракониха переводит дыхание, он повторяет свой маневр, несколько раз с силой ударяет кулаком по басовым клавишам. Это − его первая импровизация. Гроза за окном торжествует вместе с ним, и тогдашний Эсси нисколько ей не удивляется.

 

А что же Дракониха? Не в силах вымолвить ни звука от столь неслыханной дерзости, она ловит воздух ртом. И видно, что ей это удается с трудом. Лицо ее багровеет, она роняет указку.

Боковым зрением Эсси видит, как в дом, испугавшись внезапной непогоды, бежит кухарка. Дракониха стукается головой о пол. Эсси кричит изо всех сил.

Теперешний Эсси только криво усмехается.

Земля вскрывается с влажным чавканьем, поглотив нескольких людей в форме.

Проход к порталу чист. Сверкает еще одна молния, ослепив на мгновение всех вокруг.

Эсси − теперешний − единственный, кто глаза все равно не закрывает.

Две знакомых ему фигурки исчезают в портале. И тут же начинается ад на земле − стрельба, беготня, крики. Все под проливным дождем. Ему все равно. Он стоит, продолжая улыбаться страшной своей улыбкой и вскинув голову в небеса. Во рту уже знакомый медный привкус крови.

Тогдашний Эсси продолжает орать. Не от страха.

Он знает, что Дракониха больше не будет угрожать ему. И никому не будет. Зато вбежавшая в гостиную кухарка тут же обрывает крик у себя − при виде свекольного лица Драконихи, обратившегося в жуткую маску. Бормочет что-то, очевидно, молитву и делает то, что хочется тогдашнему Эсси − хватает его в охапку и быстро уносит из гостиной. Руки у нее теплые, толстые и мягкие, как и вся она. От нее пахнет ореховым печеньем. 

Родители вернутся только к вечеру.