Океан уходит, океан приходит-2

Она пожала плечами и с удвоенной энергией налегла на весла.

На корме лодки сушились куски акульей туши. Она улыбнулась, вспомнив последний свой визит в бухту у Скал Скитальцев. Свою первую удачную охоту на зубастую. Рыбина чуть не перебила ей руки и ноги, хлеща хвостом. Она чудом избежала ее острых зубов. Многочисленные ссадины и участки с содранной кожей щипало от соленой воды. Но она ликовала − потому что в свою победу она наконец-то вновь − впервые после ночи Прилива ощутила себя истинной дочерью морского народа.

И она почувствовала, что теперь достойна отправиться к мудрейшему из их племени. Достойна получить ответы. И не было более ни сомнений, ни страхов. Она смело смотрела вперед и ждала того, что будет.

Вот только…

«Что ты творишь, Нали?!»

Она очень старалась не вскипать. Очевидно же, эта потерянная душа была просто-напросто безумна. Но почему же именно к ней она привязалась, почему именно за ней она бродит точно тень?

Спокойствие. Нужные ответы придут, когда настанет время. Кажется, у нее получилось.

Получилось отринуть ложную жизнь вместе с ее сомнениями. Она была тинетом, она была Великой Медузой морского народа.

Но на сердце ее все же лежала тяжесть. От непонятой вины, от неясной тоски по кому-то.

***

− Она не вернется.

− Заскучавший божок вновь решил навестить меня.

− Я говорю тебе, она точно не вернется.

− Неужели мне поступить, как делают люди суши? Они хватают руками, привязывают к себе того, кто хочет убежать. Или бегут за ним следом, силясь остановить.

Но все что хочет беглец − бежать как можно быстрее. И один.

− Скажи мне проклятый тинет, а что если беглец несется прямо к краю пропасти? В этом случае его тоже не стоит останавливать?

− В этом случае, беглец перепрыгнет ее. Или падет на мягкие ветви. Ящерка перепрыгнет, я вижу это. Она из тех, кого в нужный момент подхватят выросшие за спиной крылья.

− Я прямо не узнаю тебя, тинет. Крылья, беглецы и пропасти! А где же твой Океан?

− Крылатые беглецы, что перелетают через пропасти также вышли из его вод.

***

− Она не вернется.

− Кто, не вернется, крылатый?

− Наш четвертый странник. Девочка-медуза… Я даже представить себе не мог, а ведь были знаки! Я не видел. Не сильно-то похожа она была на этих тинетов, с ее глазищами и кудрями. Но ведь были знаки! Зацикленность ее на этих желейных тварях… И теперь, поди и выглядит так, будто век с морским народом прожила. Океан обтесывает, переделывает по-своему, уж я-то знаю.