Рыцарь в старшей школе

Из Короля Георга V, раз уж Святая Анна предназначалась только для женщин.

Поскольку не был уверен, сколько ещё продержусь в здравом уме и твёрдой памяти, с прелюдиями решил не затягивать. Того и гляди, в любой момент окончательно спячу, потеряв ощущение грани между реальностью и фантазией. Мне определённо досталось сломанное силовое снаряжение.

После сближения, внимательно следя за противником, совершил провокационный удар дубиной, подставляя ему открытый бок. Не поддавшись на уловку, рыцарь блокировал удар, отведя дубину в сторону, после чего нанёс стремительный удар мне в живот.

Выдвинув корпус вперёд, чтобы затем сбить меня с ног.

Легко отпрыгнув, не только не чувствуя веса фантомного доспеха, но и наоборот, став в нём куда подвижнее, чем без, избежал попадания. Молниеносным рывком обойдя его сбоку, резко пойдя на повторное сближение, ударил в плечо. Рыцарь, ловко развернувшись, подставил щит. Не только заблокировал атаку, но и закрыл мне обзор. Готовясь контратаковать. Однако от чудовищного удара его откинуло назад, вынудив потерять равновесие.

Сбив стойку. На щите образовалась внушительная вмятина. Вновь бросившись вперёд, поднырнул под меч. Он успел сориентироваться, попытавшись меня достать. С широким замахом ударил рыцаря в колено, ломая правую ногу. Выгнувшись под неестественным углом, она привела к заваливанию противника на бок. Не останавливаясь на достигнутом, сразу же нанёс сильный удар сверху, чем заставил упавшего рыцаря уйти в глухую защиту. Едва не сломав ему руку. Край щита выгнуло, отпечатав в нём контур дубины, на которой это никак не отразилось. Не оставив ни царапинки. Прочность моего воплощённого оружия была выше всяких похвал.

Пускай рыцарь двигался быстрее, чем муха в сиропе, но всё равно казался мне очень медлительным. Мир вокруг словно замедлился. Кроме того, как и в прошлые разы возникло странное чувство, словно всё это уже где-то видел. Вызвав что-то вроде ощущения дежавю. Будто я бесчисленное количество раз сражался с этим учеником. Где каждая наша схватка выглядела немного иначе, заканчиваясь по-разному.

Воспоминания не прекращали появляться до тех пор, пока не начинал им следовать. Сосредотачиваясь на одной из цепочек событий. Веря в её реальность. После чего эти образы становились основными, наиболее чёткими и полными, замещая все остальные. Окружающий мир вновь становился единым, реальным, идеально с ними сливаясь. До тех пор, пока не появлялась очередная точка отсчёта вероятностей, образующая новые ответвления.