Real-RPG. Практикант-3

Когда чудовище, по-звериному не жуя, сглотнуло вырванный кусок человечины, и, ощерив окровавленную пасть, перевела безумный взгляд на попятившихся в разные стороны коридора людей, практически у всех, кто стал невольным свидетелем происшествия, одновременно сорвало башню от животного ужаса.

Люди, расталкивая друг дружку, сбивая с ног и топча знакомых и даже друзей, бросились прочь, как стая диких обезьян.

Затрещали стены ближайших «скворечников», под напором обезумевшей толпы крепкий, казалось бы, стеклопластик стал крошиться, как обычное стекло.

Вопли схваченных чудовищами людей раздавались вокруг все чаще, тварей в офисе с каждой секундой становилось все больше, удирающая же по узкому коридору толпа редела на глазах.

Чудом уцелевшая и оставшаяся на ногах в эти сумасшедшие секунды Оксана на бегу успела заметить, как в боковом проеме «скворечника», с обвалившейся стеной, лежащий в груде осколков мертвец с искусанными чудовищем руками и лицом вдруг распахнул глаза.

Его оживающие лицевые мышцы зловеще зашевелились (причем, в буквальном смысле слова – из-за отсутствия у мертвеца щек, девушка реально увидела пришедшие в движение окровавленных жгутов на жуткой маске), с влажным треском по обезьяньи вытянулись челюсти, и все равно не поместившиеся во рту зубы ощерились в акульем оскале.

Проскочив мимо, Оксана не успела заметить превращение человеческих ногтей в когти, но и без этой детали, ребус в ее голове сложился, и девушка четко осознала полную безнадегу своего положения.

Ведь, если укушенные чудовищами люди сами через несколько секунд превращались в чудовищ, то в замкнутом пространстве бывшего цеха (который экономное руководство компании за копейки арендовало под офис на промзоне), с железобетонными толстенными стенами, никто не сможет избежать плачевной участи.

Единственный выход на волю отсюда находился как раз в том дальнем конце, откуда раздался крик первой жертвы. Окна же здесь, хоть и имелись, но располагались высоко под потолком, и дотянуться до них невозможно было даже с двухметровых стен «скворечников».

Но понять обреченность своего положения и принять ее – это совсем не одно и то же. Инстинкт самосохранения, вопреки логике и здравому смыслу, продолжал гнать Оксану дальше по коридору, даже когда последнего ее спутника по паническому спринту заграбастали когтистые лапы очередного чудовища, из бокового пролета.