Letum non omnia finit. Часть 1

— А я вот Тсунаёши, — улыбнулся мальчуган. — Будем дружить?

— Ээээ… Да, конечно, — несколько удивленно сказала я. Ох, отвыкла же я от детской непосредственности! Хотя если вспомнить, что я сейчас выгляжу как ребёнок, то все становится на свои места. Дети же чистые и искренние. Это очень даже мило. И глядя на радостного Тсунаёши, я ничуть не жалела о своих словах.

— Рина-чан, а ты знаешь, где мы? — Тсуна склонил голову набок, как он всегда делал, когда внимательно слушал кого-то. Я же лихорадочно начала придумывать объяснение.

— Ну… мы с тобой сейчас находимся в особом месте… — начала я, не зная, что лучше будет сказать ребенку. Врать само собой не хотелось.

— Я понял!!! — вдруг воскликнул Тсуна. — Это волшебное королевство, а ты живешь здесь! Только… А почему тут так темно?

— Ты очень догадливый, Тсунаёши, — я улыбнулась, мысленно восхваляя Нану, которая любит на ночь читать сыну сказки.

Оглядевшись, я поняла, о чём говорит Тсуна. Над нашими головами порхал небольшой сгусток синего пламени.

Это пламя было очень похоже на то, которое связало меня с Тсунаёши. Но и было в нем что-то другое… Что-то родственное мне. И этого света этого огонька хватало только на то, чтобы мы с мальчиком видели друг друга, но не видели всего, что окружает нас.

Тсуна неосознанно старался держаться как можно ближе ко мне. Ну конечно! Он же дико боится темноты! Надо что-то придумать…

— Тсуна, — позвала я. Мальчик тут же посмотрел на меня. — А ты попробуй представить что-то хорошее.

И вот увидишь — темнота исчезнет!

Мне бы ту уверенность, с какой я говорила. Если не получится, будет проблематично объясняться перед ребенком. Который в это время с силой закрыл глаза, что-то представляя. Вместе с этим окружающая нас обстановка стала изменяться. Из темноты появились деревья, под ногами выросла трава… Через несколько мгновений мы сидели на залитой солнцем поляне. Всюду летали бабочки, садясь на диковинные цветы. Гармония…

— Можешь открыть глаза, — негромко сказала я, ещё находясь под впечатлением.

Дети действительно удивительны! Взрослые не способны вот так, за секунды выдумать в мельчайших деталях целый мирок.

— Ух ты! — мальчик, разинув рот, смотрел на это великолепие. — Знаешь, Рина-чан, мне тут очень нравится!

— Мне тоже, — тихо сказала я, наблюдая как счастливый Тсунаёши бегает по поляне.

После четырех лет одиночества было довольно странно разговаривать с кем-то… поначалу я даже чувствовала себя как-то неуютно.