Джин со льдом

Хотя я бы ещё поинтересовалась у Сахис, как запрятать хорошенько главный вход, чтобы никто посторонний не шастал в Тайную Комнату.

Наконец я вышла из тёмного туннеля и поспешила в хорошо освещённый зал с мужским ликом, со стороны которого послышалось знакомое шуршание. Через минуту я увидела Сахис.

— Что привело тебя сюда, говорящая? — прошипела змея.

— На моего друга напали, — честно сказала, понимая, что, если попытаюсь юлить, змея запросто может снова залезть в мой мозг. — И все в школе считают, что это происки Наследника Слизерина.

— А зачем ты напала на своего друга, Наследница? — насмешливо спросил василиск.

— Это не смешно, — я недовольно посмотрела на собеседницу. — На мальчика наложили сильнейшие чары оцепенения. Я хочу знать, способны ли василиски на такое и был ли кто у тебя в гостях после меня.

— За несколько столетий Тайную Комнату посещали только два человека: ты и тот мальчик, разделивший душу, — ответила Сахис. — Оцепенение мы накладываем с лёгкостью, но используем его в основном для того, чтобы жертва не дёргалась при поедании.

От жуткого шипящего смеха мне стало откровенно не по себе, а змея как ни в чём не бывало продолжила говорить:

— Василиски не подчиняются никому. Мы не слуги и не рабы. Того, кто попытается нас подчинить, мы без промедления убиваем.

— Поэтому выведение василисков запрещено? — я не на шутку заинтересовалась. Так-то, несмотря на запрет, теоретически части василисков вполне себе можно купить. Выращивают ли змей на Туманном Альбионе или завозят из-за границы?

— Возможно, — не стала отрицать Сахис.

— А если бы потомок Слизерина попросил тебя нападать на маглокровок, как бы ты это провернула? — поинтересовалась я, усаживаясь прямо на каменный пол.

— Взглядом бы наложила чары окаменения, которые невозможно снять, — уверена, будь у Сахис плечи, она бы ими непременно пожала. — Использовать василиска для простейших чар оцепенения — всё равно, что с авадой на комаров охотиться.

— Звучит логично, — кивнула я, задумавшись. — Но кому выгодно нападать на маглокровок, прикрываясь наследием Слизерина?

— Я не знаю, девочка, — ответила Сахис. — Я всего лишь василиск, пусть и весьма древний и мудрый.

— А я всего лишь одиннадцатилетняя девчонка из семьи предателей крови с куском души парня-сироты шестнадцати лет! — вспылила я, тряхнув волосами.