Пятнадцать рассветов

— Голос её смягчился, приобрёл мягкий бархатный тембр, от которого кровь стекала вниз, к ногам и всё тело наливалось желанием.

— Прекрати, — сморщился Андрей.

— Не хочешь меня? — усмехнулась Анжела, взглянув на собеседника с вызовом, — захочешь.

— Это всё, о чём ты думаешь? — Андрей жёстко улыбнулся, — Всё о чём можешь думать. Похотливая сучка.

— Больной ублюдок, — ни капли не смутившись, парировала женщина, даже не сменив позы, — Ты знаешь, что ей это не повредит, и всё равно лезешь. Dominus прав, ты пропитан человеческим.

Это как заразиться экземой. Находиться рядом отвратительно, но необходимо, чтобы излечить тебя.

— Не хочу, чтобы она озлобилась, — огрызнулся в ответ Андрей. — Раньше времени.

— Вы все такие, — отмахнулась Анжела, — ваши комплексы тянут вас на дно. А там вас подбирает dominus. Вспомни свои первые перерождения. Dominus тогда сравнивал тебя с бешеным псом.

Анжела победоносно взглянула на собеседника рядом. В наступившую тишину ворвался далёкий лай бродячей стаи.

— Вспомнил? — усмехнулась женщина, — ей тоже это предстоит.

— Нет, — услышала она в ответ тихое и хриплое, — с ней такого не случится.

— Ты не защитишь её от мира.

— Я попробую, — Андрей дерзко взглянул в глаза сидящей рядом женщины, — и от вас тоже.

— Глупец, — Анжела пожала плечами, — наивный глупец.

— Может быть, но сделаю, что смогу.

Помолчали, слушая перекликающихся псов.

— Поехали, — сдалась Анжела, надевая шлем, — попробуем найти твоего ублюдка.

Таня не верила до конца, что Нонна сможет помочь.

Время двигалось к рассвету, когда они прибыли к бару, от которого отправилась в последнее путешествие Сашка. Таня звонила мужу, в надежде предупредить его, что ночью её не будет, но и он, как оказалось, домой не пришёл. Всё перевернулось с ног на голову. Снова. Пашка, ручной ворон, молча следовал за хозяйкой, пересаживаясь с липы на липу по пути их следования. Автомобиль Нонны медленно крался по ночным притихшим кварталам. Тоже сдать на права, чтоли? Надо позвонить маме, пусть зайдёт, покормит бедного кота, что остался один в пустой квартире.

Нонна уверенно привела Таню к дверям того самого бара. Что они сейчас хотели, Таня и сама не понимала до конца, но боялась того, что должно случится.

— Я слышу вашего мужа, Таня, — проговорила Нонна, прохаживаясь вдоль стены, возле которой некрасиво были свалены мешки с мусором. — Он был здесь.

— Давно? — конечно, он здесь был, и не раз. В первый день, потом со следователем, и один приходил не единожды.