Пятнадцать рассветов

Надо туда. Укрыться от ветра, и, возможно, найти выход. Где-то он должен быть.

Пока Сашка двигала уставшими ногами, впереди сгустился пар. А может быть ей показалось только. Но вот она отвернула голову, а когда взглянула в другой раз, перед ней в нескольких метрах уже стоял Василич. Сказать, что она рада была его видеть — ничего не сказать. Забыв про усталость и ноющие ноги, она побежала к опекуну. Василич устало улыбался и ждал, пока она приблизится. Как здорово его увидеть! Это значит, что всё закончилось? Точно закончилось!

— Здравствуй, Саша, — просто сказал Василич, словно ничего не произошло.

Может, это сон? Тогда лучше не просыпаться, не чувствовать отвратительный запах похитителя, не слышать ноющих рёбер, не мечтать об избавлении. Скорее бы всё закончилось.

— Привет, — Сашка остановилась в паре шагов от опекуна, не смея подойти ближе.

— Как ты?

Как она? Дурацкий вопрос. Как он вообще смеет его задавать? Рассказать про то, что всё внутри жжёт от голода и побоев? Что правый глаз почти не открывается, а вокруг один мрак и больше ничего? Рассказать, что во рту потрескался язык от жажды? Что он хочет услышать?

— Нормально, — огрызнулась Сашка, — скоро сдохну.

— Нет, — Василич огляделся, — ты только держись, хорошо? Я скоро приду.

— Когда?

— Я уже близко, Саш, ты только продержись...

Продержаться? О чём он говорит? Он вообще понимает, что сейчас с ней происходит?

— Не обещаю...

— Ты прости меня, — Василич опустил голову, — я виноват, наверное.

— Не знаю.

Какая разница, кто виноват? Всё случилось так, а не иначе.

Теперь цель — дойти до «ворот».

— Постарайся продержаться, — глухо проговорил Василич, — я уже рядом. Не уходи.

— Хорошо, — вот они, «ворота», никуда не делись. Пожалуй, можно подождать, раз он просит.

— Это твоё? — И Василич наклоняется, чтобы подобрать присыпанную мелкой каменной крошкой стальную цепь толщиной в ладонь. Металлическая змея стряхнула с себя мелкие камни и поднялась наверх следом за рукой. Какая длинная! От горизонта до горизонта.

— Нет, — Сашка мотнула головой.

Этого не было, точно не было!

— Значит, для меня, — и Василич двумя круговыми движениями накрутил на кулак стальные звенья. — Просто продержись, и я приду, — сказал он.

— Я поняла.

— Не уходи...

«Не уходи». Сашка вдохнула полной грудью затхлого сырого воздуха. Что изменилось? Вокруг всё та же темнота, только под спиной — грубые доски. Подняла руки, больно всадив занозу под ноготь. Что это? Над головой — те же необработанные доски.