Восход созидателя. Каратель.Часть 2

Я обязательно распечатаю у себя скрин и украшу им стену в своём кабинете, в Вашего позволения, разумеется!- без всякой задней мысли наивно произнес Ильдар, не подозревая, что его невинные слова заденут японку.

-Я думаю, Вам не нужно разрешение Мадины Бекмурзовны. Я думаю сотни тысяч прыщавых юнцов уже сделали это без всякого разрешения, - в Наоми взыграло ретивое.

-Ну не только юноши, но и взрослые тоже восхищены отвагой Мадины Бекмурзовны. Я сам слышал как наши охранники говорили о ней в самых восторженных тонах, -заявил банкирский сынок Русанов, незаметно подошедший во время нашего разговора и бесхитростно вступивший в затеянную Наоми пикировку.

-Эти мужланы из охраны падки на любое смазливое личико,- это уже наша кавказская княжна решила вставить свою иголочку под Мадину.

- Ильдар Ришатович, я разрешаю Вам распечатать мой портрет. Более того, я Вам его подпишу! Александр Ильич , рада услышать от Вас новость, что умудренные жизнью мужчины героической профессиисочли, что я вела себя достойно в столь драматических обстоятельствах.

От профессионалов вдвойне приятно получить лестную оценку, - княжна произнесла эту пафосную речь с поистине царским видом и тут вывернула все так, что ее подруги остались ни с чем.

-Мадина Юсуповна, прошу Вас мне тоже разрешить сделать распечатку и подписать ее!- обратился с просьбой Снигарев, за что получил локтем в бок от Ларисы, но даже не подумал отступать.

-И мне!- хором произнесли Гена Орлов и Русанов Александр.

-Разумеется, мои дорогие друзья, -Мадина с победным видом взглянула на одноклассниц, у которых не прошел номер с подтруниванием над княжной.

Меня уже начал напрягать этот разгул всяких активисток, устраивающих на моих костях свои женские игрища.

Несмотря на всю мою рассудительность, возвращающееся юношеское мировосприятие сильно отвлекало ресурсы моего мозга на эту извечную человеческую тему. Словно песчинка, попавшая в пусть и огромный, но точный механизм, тема взаимоотношений с моими многочисленными знакомыми противоположного пола сбивала с нужного настроя и могла вылезти в самое неподходящее время.

Даже в период медитаций, когда я погружался в самые глубокие слои своего сознания , шальная мысль могла вывести меня из особого состояния, в котором я находился. Или во время виртуальной тренировки по единоборствам воображаемый соперник вдруг приобретал облик Мадины, загорающей на пляже, сбивая напрочь концентрацию. А во время проработки кодов программ.