Старшая школа Йокай 2

Родные оценят юмор.

Билеты, к несчастью для Таира Тахировича, в продаже были. Я присмотрел один рядом с нашим отсеком.

Ну блэт, молись, змеиное отродье. Если твой отец узнает...

— Надо попросить Лену приготовить попкорна. Ведро. Каждому.

Кажется, я произнес это вслух. Компания заметно повеселела.

— Здравствуйте, — мы заходили в поезд, и я протягивал проводнице паспорта по одной штуке. — Вы простите великодушно, наш товарищ чуть-чуть перебрал, но мы ответственные и поэтому донесем его куда требуется.

Он не буйный.

— Да ничего, здесь вахтовики ездят. Вы по сравнению с ними просто зайки, — улыбнулась служащая, сверив все данные. — Ваши места...

Ехать было еще сутки. Главное — не прошлепать, когда эта татарская зараза проспится с тех трех капель водки, которые в него попали. Я привязал его за ногу навьей веревкой, а второй конец шнура закрепил себе на запястье. Дальше тамбура змееныш никуда не денется.

Глава 6

В поезде было уютно и ничем не пахло. Вахтовики были, как выразилась наша общительная проводница Ольга, «не сегодня».

Ее облегченный выдох по этому поводу был слышен, наверное, где-то в Центральной России. Вагон обещал быть полупустым.

Изаму уткнулся в смартфон. Пиратство он оценил несколько неожиданно.

— Это что же, — изумленно смотрел он в мерцающий экран, — мне теперь вообще никогда работать не нужно?

Я вкратце объяснил ему, почему пиратить плохо, но...

— Да, я понял. Работать на штрафы всё равно придется меньше, чем на книги!

Ну, хоть у кого-то жизнь улучшилась прямо заметно.

Глядишь, так и от бумажных книг отвыкнет. Двадцать первый век на дворе или что?

Я спал на верхней полке, подогнув ноги. РЖД не горели желанием рассчитывать длину места под мой рост, приходилось выкручиваться так. Закрепленная на запястье веревка натянулась. Я открыл глаза. Было не очень раннее утро.

— И где наш пациент?

— Налакался воды и пошел отливать, — махнула рукой Уэно. — Дикий он какой-то. Я с ним попыталась поговорить, но или мой русский совсем дрянь, или.

..

— Или его русский совсем дрянь, — подытожил я. — А с ним кто-нибудь пошел?

— Зачем? — Кавагути отклеился от блокнота. — Ты же сам его привязал. Он даже из вагона никуда не денется.

В просвете плацкартного отсека появился татарин. Выглядел он незавидно.

— Что-то ты помятый, Таир, — я протянул ему руку. Он сел напротив и тогда уже ее пожал.

— Да я вообще понятия нэ имею, как здесь оказался, — с его коротких волос капала вода.