Куда приводят коты

Даже в человека превращаться не стал – уложил передние лапы на обод кубка, морда зарылась в шипучие пузырьки, только кепка торчит, слышно довольное хлюпанье.

Смеемся, глядя на это зрелище. Лишь Фараон ограничился улыбкой.

На подносе осталось еще три чаши.

– Кажется, Черри слегка задремала, – тихо заметила Карри.

Розовая кошка в джинсовой курточке на третьем ряду трибун действительно свернулась в клубок, хвост накрыл голову, тельце медленно набухает и сдувается, повинуясь безмятежному дыханию…

Карри ткнула указательным пальцем в сторону колонки, большой и средний прищелкнули.

В ту же секунду из-за черного корпуса украдкой выбралась – я аж поперхнулся креветкой – миниатюрная копия Карри! Высотой с ее ладошку.

Навалилась обеими ручками на кнопку под динамиком, и тот умолк.

Крошечные сандалики побежали обратно за колонку. Оказавшись в ее тени, рыжеволосая дюймовочка обернулась, кулачок размашисто погрозил мне, и его обладательница юркнула за стихший музыкальный аппарат.

– Ты чуть не сжег мое маленькое чудо, – сказала Карри сквозь смех, похлопав меня по плечу.

Ее щеки стали пунцовыми. Отсмеявшись, добавила: – Чудо слегка рассердилось…

– Прости, – говорю, – я от неожиданности…

– Да брось, это мелочи! Ты молодец! Ребята творят такие фокусы у тебя на глазах, и твой взгляд им не мешает. Делаешь большие успехи! Верно, ребята?

Она оглядела нашу компанию.

– Конечно! – согласилась Книжка, подняла кубок над головой. – За твои успехи, Риф!

– Поздравляю, парень, – говорит Фараон сдержанно, – стиратель из тебя дефективный.

Раунд оторвался, наконец, от пенного облака, на морде и усах лопаются пузырьки, передние лапки держатся за кубок, задние на цыпочках, челюсти и язык с аппетитом клацают.

Не без труда, но ему удалось сфокусироваться на присутствующих.

В частности, на мне.

– Я реально думал, народ,

Парень этот нас подожжет,

Ведь взгляд его – огнемет,

Но вот…

Он смотрит сейчас на меня,

И я не чувствую больше огня,

Лишь тепло, но это фигня!

А огонь теперь в жилах течет,

Фараону за пиво – зачет!

Е-е-е!

Всплеск аплодисментов, Книжка восторженно взвизгнула.

Фараон осклабился, кивнул, золотая лапа поднялась в знак одобрения.

– Пасьянс, Лампа, идите к нам! – позвала Книжка негромко. Похоже, вспомнила, что Черри спит.

На самых высоких рядах отдыхают еще двое.

Первый – в облике человека. Длинноволосый, с усами, похож на Гоголя. Разлегся на трибуне, согнув ногу коленом вверх. Плащ, рубашка, клетчатые брюки с подтяжками, – все неброских цветов.