Куда приводят коты

В качестве маякорей использовал груду металлолома в углу и матерное словечко на ограждении, но этого оказалось мало. Перемир кидал меня на какие-то другие верхушки, выяснилось, что под небом полным-полно крыш, где хранят строительный мусор и метят парапет неприличной лексикой. Позже вспомнил, азиатка успела поцарапать рыжую ножом, на бетоне должна была остаться кровь. Я добавил в череду маякорей засохшие темные кляксы, надеясь, что еще не смыло дождем. Правда, и в этом случае перемир приводил к разлитому маслу, пятнам красной эмали и прочему левому…

А затем я вспомнил нож! Азиатка метнула мне вслед, в раскрытую дверь пристройки, клинок вошел в стену над лестницей.

Конечно, вполне могло быть, что азиатка за ним вернулась. Или нашел кто-то другой, например, электрик.

Но мне повезло.

Красивая изогнутая сталь с зубцами торчала там же.

Я перепрятал трофей под какую-то ржавую железяку из кучи металла в углу крыши. Не исключено, что хозяйка вернется-таки за своим имуществом. Отдых здесь чреват повтором нашей встречи, которую могу и не пережить.

Не знаю, что они с рыжей не поделили, но азиатка ненавидит ее так сильно, что готова расправиться даже с теми, кто имел с рыжей какое-то дело.

-- Не боишься? – спросил Ласт.

-- Она бы уже давно вернулась. Наверное, у нее много таких ножей.

-- Да пес с ним, с ножом. Она может ждать здесь ту девушку, которая превратила тебя в кота. Ты говорил, тут ее даймен.

-- Я тоже…

-- Что «тоже?»

-- Жду ее.

Крыс не нашел что ответить.

Сидим на пристройке, на том месте, где я чуть больше недели назад впервые увидел черную кошку.

Ветерок треплет нашу шерсть. Под нами дверь, крыша, а еще ниже – город, объятый серыми сумерками. Конечно, у нас не самое высокое здание, но отсюда даже самые приметные высотки кажутся крошечными.

Жуем шашлык.

Каждый день учусь протаскивать через перемир что-то, кроме себя самого. Поначалу предметы были маленькие, но амбиции растут, замахиваюсь на все большие габариты, и вот, полчаса назад, очередной рекорд – пронес в зубах шампур с пятью крупными румяными кусками мяса.

Еще теплый. С чьей-то свадьбы на даче. Еды и пьяных гостей столько, можно было даже не прятаться…

Шашлык мягкий, сочный, нос купается в ароматах лука и лимона. Ласт умял один кусок, а в меня влезли остальные четыре. Какой же я все-таки проглот! Может, в желудке – тоже перемир, и еда телепортируется куда-то еще?

После обеда мы вылизали лапы, а затем уселись там же, на берегу пристройки, уютно распушив шерсть и прижавшись боками.