Царевна-лягушка для герпетолога

Откуда этот шаман-недоучка или славянский бог любви (поди теперь разбери, кто он на самом-то деле) с такой уверенностью говорит о дождях, и почему экологическое бедствие началось в районе полигона именно в этом году?

Мне резко расхотелось не только кормить двоих безмозглых лбов, один из которых собирался пропасть почем зря, а второй и не думал его отговаривать, но и наматывать в их компании круги по огромному парку. Однако я все-таки заказала горячее, а потом встала на ролики и ухитрилась даже не очень отстать.

Хотя оба бессовестных длинноногих лося ничуть меня не жалели, а Левушка со своей тренированной дыхалкой мог хоть марафон бежать. Гобой, считающийся одним из сложнейших инструментов, развил в нем упорство. Но и мое пение на что-то годилось, да и не привыкла я показывать перед парнями слабину. Другое дело, что я чуть легкие не надорвала и раз десять едва не навернулась. Но все обошлось, а на крутом спуске к реке меня охватил такой безудержный восторг, будто я парю в облаках. Как только сцепление с асфальтом не потеряла.

Потом мы встретили в парке Ваниных однокурсников, которые тут же насели на брата с вопросами подготовки к госу, и я смогла поговорить с Левушкой без помех. Он ради меня даже немного сбавил темп.

– То есть ты хочешь сказать, что все, происходящее вокруг полигона, как-то связано с Василисой? – спросила я его без обиняков, пытаясь отдышаться и кое-как собрать растрепавшиеся от быстрой езды волосы.

По аллеям, словно во времена господина Лодера, чинно прогуливался народ, и мне не хотелось выглядеть в нарядной толпе кикиморой или парковой лешачихой.

– Все в этом мире с чем-то связано, – ответил Лель уклончиво.

Потом поймал мой укоризненный взгляд и сжалился. Впрочем, объяснять что-то напрямую, как обычно, нужным не счел. Или просто права не имел. Как не мог мой Иван иначе как на грани яви и сна разглядеть Василису.

– Ты помнишь, как она на Купалу плясала? – спросил Лева, не называя подругу по имени, но зная, что я пойму, о ком идет речь.

– Ты разве забыла, что обряд – это способ общения с иным миром?

– Но это ж был сценический вариант? – недоуменно глянула я, подспудно понимая, что в случае с подругой и пляска на детском утреннике могла вызвать бурю.

То-то Василиса так всегда радовалась весенним ливням. Не признавала плащей и зонтов и, даже до нитки промокнув, никогда не заболевала. Разве только зимой. А еще она умела наложением рук снимать головную боль.