Царевна-лягушка для герпетолога

Можно считать, что продолжается вечер.

– Да какое шампанское? – возмутилась я, рассеянно принимая бокал, в котором, увенчанный белой пушистой пеной, играл пузырьками ароматный золотой нектар. – Нам ехать уже надо. Собирайся.

– Да я и так готов, – самоуверенно заявил Никита, распахивая халат, под которым кроме покрытого затейливыми татуировками мускулистого обнаженного тела обнаружились лишь пошловато-игривые трусики в виде слоника с недвусмысленно вздымавшимся хоботом.

Мы такие видели как-то в переходе, долго смеялись, но я даже предположить не могла, что Никита их решится купить.

– Знаешь, Маш, нам вчера было так хорошо там в предбаннике, что я решил сегодня продолжить, – оставив обиняки, заявил мой богатырь, подбираясь ко мне мягкой, упругой походкой. – Родители еще вчера умотали на дачу, вот я и решил, может, ну его этот поход. Твой Иван как-то и без няньки обойдется.

– Да как ты можешь такое именно сейчас предлагать? – потрясенно пролепетала я, пытаясь отгородиться от вроде бы моего же парня стеклянным столиком. – Нас ребята ждут.

– Ребята? – переспросил меня Никита, и взгляд его сделался жестким, а мышцы напряглись, как перед прыжком. – А как же Василиса?

– Нет с нами больше Василисы, – выдохнула я, с трудом сдерживаясь, чтобы не разрыдаться. – Ее выручать идти и собираемся.

– Я так и думал!

Никита залпом по-гусарски выпил шампанское, налил еще и сел рядом со мной, демонстративно отодвигая преграду в виде столика.

– И вот что я тебе, Марья-краса, скажу, – продолжал он, свирепо глядя мне в глаза. – Я в эти игры не играю. Думаешь, я не заметил, как эту вашу Василису вчера ломало, и торчков в своей жизни не видел? Мне дела нет, кто и зачем ее накачал, как и из какого притона она сбежала.

– Да ты все неправильно понял, – лепетала я, бессвязно пытаясь объяснить про превращение Василисы в лягушку, шамана дона Оттавио и белесые руки, тянувшиеся из-за окна на уровне шестого этажа.