Царевна-лягушка для герпетолога

Отыскав клубочек, мы успели пройти быстрым шагом, если не сказать пробежать, не менее пары километров, когда издалека донеслось обиженное:

«Калинка-калинка моя,

В саду ягода малинка моя!»

Мы облегченно расхохотались.

– Надо было посильней его приложить, – покачал головой Иван, с опаской разматывая свою чалму. – Как бы он в погоню не бросился.

– Не, он теперь будет новые строфы повторять, – успокоил нас Левушка. – Никуда не пойдет, пока все не запомнит.

Я подумала, что, если все монстры в этом лесу окажутся такими безобидными и забавными, это будет самое веселое путешествие в моей жизни.

Но уже нынешний день готовил новые не самые приятные сюрпризы.

Мы прошли уже, судя по солнцу и нашей средней скорости, не менее десятка километров, когда лес начал неуловимо меняться, словно там повеяло дыханием не бабьего, а самого настоящего лета. Сначала стало еще теплее, а запах переспевших и забродивших прямо на ветках плодов сменился нежным ароматом недавно пустившейся в рост завязи и еще не сброшенного цвета.

Потом к нему примешалось свежее дыхание реки или большого озера. Поляны запестрели летними и даже весенними цветами, а листва на деревьях заиграла всеми оттенками свежей сочной зелени.

– Что происходит? Мы что, заблудились и вышли в Правь? – спросила я Левушку едва ли не с испугом.

Тот покачал головой, но вид у него остался настороженным.

– Мы подошли к владениям русалок-берегинь, а над окрестностями их заветного озера осень не властна. Я так надеялся, что существует какой-то иной путь, но видно, нельзя иначе.

Тут кругом топи, болота, да чащобы непролазные. Того и гляди попадешь в гости к Болотнику или окажешься в ловушке у древних деревьев.

Пояснение про болота и какие-то древние деревья, понятное дело, умножило количество моих тревог. Мало мне было выползней из нави. Но обитательницы озера, которое не миновать, занимали меня сейчас куда больше.

– А эти русалки, часом, не родственницы Василисы? – уточнила я негромко, опасаясь, что нас услышит Иван.

Впрочем, того вновь слишком увлекли ботанические наблюдения.

По его словам, в плане растений здешний гербарий содержал тысячи краснокнижных и уже исчезнувших видов.

– По материнской стороне – да, – подтвердил мое предположение Лева. – Но нам с твоим братом от этих девиц красных все равно лучше держаться подальше.

Я понимающе кивнула, вспоминая все, что знала о девичьих плясках у заветных озер и о лебяжьей стати подательниц благодатных ливней, чарам которых не мог противиться ни один мужчина.