Маг особого назначения

Одним махом допив воду, я кивком поблагодарил бармена за заботу и отправился на встречу со старым другом. Крутая лестница, чуть поскрипывая, привела меня на второй этаж, в длинный коридор с множеством дверей. Ноги утонули в густом ворсе ковра, заглушающего звук шагов, а свет, выбивающийся из-под одной двери, как раз второй слева, подсказал, где находится кабинет хозяина. Подойдя ближе, я услышал глухое бормотание, доносящиеся из комнаты. То ли пение, то ли молитва. Я было занес руку, чтобы постучать, но из-за двери донесся знакомый голос:

— Ну что ты там под дверью-то мнешься, как не родной? Заходи!

Я распахнул дверь и оказался в ярко освещенной комнате, загроможденной дорогой, но неухоженной мебелью.

Напротив дверей, у окна возвышается грандиозный, под стать хозяину, стол из черного дерева. За столом огромный мужик с абсолютно лысой головой.

— Будимир? — неуверенно спросил я, сбитый с толку. А где смоляная шевелюра, а фигура атлета?

Но мужик, не обращая внимания на мой слегка растерянный вид, повел себя очень гостеприимно.

Вскочил, едва не опрокинув стол, толкнул меня огромной ладонью в грудь, другой тут же подхватил, не давая позорно растянуться на полу, прижал к внушительному брюху, и мои уши свернулись в трубочку, атакованные густым басом:

— Ба! Какие люди! И без охраны! А я-то думаю, кто там задумал со мной шутки шутить? Фокус с ножами мало кому известен. А уж насчет мантикоры я только тебе и говорил, да и то по пьяни, — Будимир, переполненный радостными эмоциями, закрутил меня, словно куклу, придирчиво оглядывая со всех сторон.

— Молодец! Форму держишь! — радостно сказал он. — А я вот видишь, немного поправился.

Я оглядел дородную фигуру бывшего сыскаря. М-да… Поскромничал он. «Немного» – это мягко сказано. Его теперь проще перепрыгнуть, чем обойти. Ну да ладно, главное, что способности свои он, судя по всему, не растерял.

— Проходи, присаживайся, — поволок меня Будимир к столу, обхватив за плечи. Как по мановению из ящика стола появилась бутылка, следом, словно из воздуха возникли натертые до блеска стаканы, тут же заполнившиеся восхитительным вином.

Будимир грузно вертелся в кресле, словно не мог наглядеться на дорогого гостя, короткие, но емкие тосты перемежались вопросом: "А помнишь…?" И тут же, перебивая друг друга, мы начинали пересказывать дела давно минувшие.

Наконец после того, как была осушена вторая бутылка, радость встречи немного улеглась, переворошенные воспоминания освежились, и мы вернулись к нынешним временам.