У меня на вас совершенно нет времени

В кармане джинсов, помимо моего камушка, мог оказаться еще один предмет, который болтался там с момента последней вылазки на завод. Зачем я сунула его туда, и сама не знаю, может интуиция подсказала. Руки меня так и не слушались, и проверить свою догадку я не могла. Но, сдается мне, что я не ошибаюсь. В прошлый раз он не пригодился, а вот сейчас, выходит, спас мне жизнь.

«Ну, спасибо, мажор, за такую полезную вещь», - если бы мне не было сейчас так хреново, я бы даже посмеялась над такой иронией жизни.

- Жаль, что все так вышло, - вздохнул маг, но в его голосе я не услышала ни капли сожаления. - Впрочем, совет хоть и приказал взять тебя живой, но лишь в случае твоей безоговорочной сдачи. Нам нужен был послушный хрономаг, но ты решила посопротивляться. Что ж, ты сама выбрала свой путь.

Глава 19

Интерлюдия

Воронцов спешил. Нехорошее предчувствие заставляло его гнать автомобиль, игнорируя все правила, и не обращая внимания на возмущенные сигналы соседних машин. Сверток с плащом и завернутой в него маской он положил на соседнее сиденье, намереваясь облачиться в него сразу по приезду в порт.

Всю дорогу Сергей корил себя за то, что не открылся Олесе сразу. Сначала он просто был поражен тем фактом, что все это время под носом у него находился еще один хрономаг. Потом побоялся реакции девушки. Да и не до конца был уверен в ней в тот момент, чтобы вот так все выложить. Хотя, расскажи он ей тогда, на балу, скорей всего, было бы и так поздно.

Олеся с самой первой встречи казалась ему разумной девочкой, не способной на опрометчивые поступки.

Но, похоже, сыщик ошибался, и она, ослепленная своей силой, решила, что стала неуязвимой. Да, ею двигала жажда справедливости, но по неопытности и незнанию девушка натворила столько дел, что орден долго будет разгребать последствия.

Олеся, не задумываясь, прямолинейно влезла туда, где нужно было действовать тонко и аккуратно. И чтобы добиться хоть каких-то результатов, орден месяцами, а то и годами мог плести интриги, подталкивая события в нужном им направлении.

Но, все это в данный момент было вторично. Пострадали не только их планы, весь их орден был теперь под угрозой раскрытия. И жизнь этой девочки сейчас тоже находилась в опасности. Как потом смотреть в глаза сыну, если он и ее не сможет уберечь? Давно он так не боялся, не за себя, а за других. С тех пор, как потерял жену. После этой трагедии в его жизни остались только сын да работа.