У меня на вас совершенно нет времени

Осунувшийся и как будто постаревший, он посмотрел на меня с тоской, а затем подошёл ближе.

Мое сердце испуганно екнуло, а тело сковал ледяной холод. Я знала, что он скажет, и до жути хотелось убежать, чтобы не слышать этого.

- Кто... - мой голос сорвался, и я, прокашлявшись, повторила вопрос. - Кто эти трое?

- Охрана, - глухо произнес Сергей. - Прости, я не смог их вытащить. Когда я нашел твоих родителей и сестру, они уже были мертвы. Они не задохнулись, их… убили. Тела всех троих завалило балкой, поэтому.

Он еще что-то говорил, но я уже его не слышала.

- Нет… - прошептала я. – Пожалуйста, только не это.

Макс попытался обнять меня в утешение, но я вырвалась и, уткнувшись лицом в ладони, зарыдала.

Сначала я потеряла свою прошлую жизнь, а теперь этот проклятый мир забрал у меня часть этой.

Слезы и горе застилали глаза, сердце билось все чаще и чаще. Боль потери разъедала душу, и мне было так плохо, что хотелось кричать. Но голос меня не слушался, и из горла вперемешку с рыданиями вырывались лишь стоны.

В груди поселилась арктическая стужа, меня вдруг заколотило, перед глазами все потемнело и, задыхаясь, я повалилась на землю. Что-то закричали Максим с Сергеем, бросаясь ко мне. А потом мое сердце остановилось.

***

Я плавала в черной пустоте без начала и конца, не ощущая своего тела, ничего не чувствуя, забыв кто я, и как тут очутилась. Время здесь тоже отсутствовало, и сколько я уже нахожусь в этом странном месте, я не знала. Может час, а может целый год.

Но вот вдали появился странный огонек. Он манил к себе, притягивая взгляд, и я не стала сопротивляться его зову. Стоило лишь подумать о том, чтобы оказаться рядом с ним, и я моментально, как по мановению волшебной палочки, перенеслась к огоньку.

Сначала сияющий шарик был размером с горошину. Но как только я коснулась его, он разросся до огромных размеров, поглотив тьму вокруг, и меня вместе с ней.

Ослепляющий свет погас, и я каким-то образом поняла, что снова очутилась в своем теле.

«В ней я кукла, не судите строго, я смеюсь и плачу невпопад...»

Следом звякнул колокольчик, и я в удивлении распахнула глаза. Мир вокруг проступал постепенно, как на фотопленке. Цвета обретали яркость, а очертания из размытых становились все более четкими, и наконец, я снова смогла нормально видеть.

В кафе, где я очутилась, зашла пожилая пара.