Без пяти смерть

Стиснув зубы, я уже хотела бежать, но поняла, что это глупо, а потому осталась на месте. Когда двигатель затих, Фарлах и я встретились взглядами. Что я была зла, что он, а кто больше — сложно сказать! Мужчина вылез из автомобиля, и я не успела удивиться упавшим с ладони каплям крови, как он схватил меня за руку и приподнял, добираясь до эскайра. Камень вспыхнул, и ненавистная синяя нить снова повисла между нами.

Вытерев руку платком, мне из автомобиля бросили сумку, где был мешок вяленого мяса и фляга с водой.

— Обратно ночью мы не поедем, дождемся утра. Надеюсь, неживые нас не побеспокоят.

Я же задохнулась и сжала кулаки, отпихнув коленом мешок с припасами.

— Если ты боишься, то катись обратно за Крепость!

— Прекрати грубить. Зря я позволил тебе это с самого начала, — он качнул головой, доставая из автомобиля и плащ, который постелил на валуне и на котором хватило бы места для нас двоих.

— Не вредничай, садись рядом, — он похлопал рукой по пустому месту, и волк в качестве ответа выразительно фыркнул, ложась вокруг меня.

— Элихи не нашли, еще пропало десять девушек. Патрульные решили, что это не стоит внимания, потому не передали информацию выше, я случайно узнал, заглянув к ним. Не время здесь сидеть, Иронта. Ты нужна в городе.

— Скорее, моя кровь. Хотя нет, лицо мое еще нужнее, — фыркнула я, а в животе отчетливо забурчало.

В меня тут же прилетел мешок и ударил по щеке. Сдавшись, я достала маленький кусочек мяса и стала жевать под вялые размышления о лицемерии.

— А красиво здесь. Понимаю теперь, почему ходоки так любят свою работу.

Я фыркнула, стукнув себя кулаком по коленке. Ходоки не могут жить без опасности, а за Крепостью ее уровень просто зашкаливает.

— Я много читал о территориях за Крепостью, но в живую здесь всё иначе.

Меня дернуло. Территории за Крепостью не просто так не посещали все, кому не лень. И дело не только в неживых, но и в аномалии — сразу за Крепостью начинал повышаться магический фон. По всему миру он составлял пять-десять независимых магических единиц, здесь он возрастал до двадцати-тридцати, и пережить такое могли лишь маги. Убранные в карман очки, я снова надела на нос и посмотрела сквозь стекло на Фарлаха.