Джинны поневоле

Жалобное мяуканье и судорожный женский плач доносились из-за третьей двери справа, из КПЗ, именуемой в народе "сушилкой".

Вовик 1 приложился к глазку и присвистнул:

- От-та! Ну, девуля... С такой бы вечерком, попозже, провести... разъяснительную работу о вреде беспорядочных отношений.

Вовик 2 деликатно отстранил напарника, отпер двери и, изобразив на лице максимум мужского обаяния, переступил порог "сушилки".

- О чем грустим, барышня? - ласково спросил он.

- О несовершенстве мира, - ответил Рыжик, осторожно опуская тощего Вовика на пол.

- Эй, вы тут че, в натуре? - круглая физиономия Вовика 1 просунулась в щель.

- Дык, елы-палы, - ответил Рыжик и коротко припечатал ребром ладони по основанию шеи.

- Этого берем? - спросила Мадина, стрельнув глазами в сторону растерянного клиента.

- Лапшу на пятерых выдают, включая Кусаку, - напомнила Катя.

- Ты с нами, или как? - спросила Ленуся.

Дима от ее простого вопроса слегка вздрогнул и даже, вроде бы, попятился, потом опомнился и решительно помотал головой:

- Не, вы уж того, как-нибудь сами.

- У тебя здоровые инстинкты, - "одобрила" Мадина, презрительно улыбаясь, и вся компания выкатилась наружу.

Дима посмотрел на распахнутую дверь, распростертые тела обоих Вовиков, зажмурился и влез на нары.

- Эй, мужик, - расслышал он сквозь неясный гул в ушах, - а где телки? И кошак?

- Никого не было, - решительно соврал Дима, - я один здесь.

- Это что, здесь мы буде жить? - Катя повертела головой, - мальчики направо, девочки налево?

В огромной комнате, навскидку - больше 30 квадратов, с высоченным потолком, из мебели была одна дверь и четыре полосатых матраца "стопочкой". Однако, именно сюда привезло их неизвестно откуда возникшее такси, и то, что парень в коричневом пиджаке и кожаной кепке на вопрос о деньгах буркнул: "оплачено", лучше всего остального доказывало, что бунт - бесполезен.

- А белье? - сварливо спросила Мадина, - а одеяла?

- А кофе в постель? - Рыжик скорчил рожу и презрительно встряхнул пальцами. Вышло так похоже, что все захихикали, а Мадина зашипела, как испорченный сифон.

Кусака деловито обнюхивал углы.

- Все тебе будет. И кофе. И ванна. И какава с чаем* ("Бриллиантовая рука" х/ф), - Ленуся наклонилась и подобрала с пола потрепанную детскую книжку "раскраску".- На вот, кстати, почитай на ночь.