Тайна Безмолвного Леса. Город Призраков

Его мерцающие в темноте серые глаза были прямо у её лица так, что становилось даже не по себе. — Это просто мягкая игрушка Эрики, — оборотень беззлобно ткнул плюшевого медведя Лулу в грудь. Девочка рефлекторно прижала его к себе.

— Я думала, Эрика не играет в игрушки.

— Она и не играет. Она с ними спит. Так же, как и ты.

— Слушай, не так я представляла с тобой этот диалог.

— А как? Что я встану в позу и скажу: «Нет, не приближайся ко мне, я не хочу тебя знать больше»? А нафига оно нужно? — но в голосе Майк сквозила обида.

— Я сожалею.

— И что скажешь в своё оправдание?

— Что меня спровоцировал Макгроу? И эта злоба должна была быть направлена на него. Ладно… тухло звучит, понимаю.

— Да, я и сам заметил. Вообще тебе стоит задуматься о том, чтобы научиться контролировать свои эмоции. Нас учат на этом на Этикете Для Оборотней. У меня уже хорошо получается, но ты меня сегодня просто выбесила. Я уже давно так не злился. И честно говоря, это круто. Я получил мощную разрядку.

Майк слонялся туда-сюда по небольшому пространству, громко рассуждая и активно жестикулируя.

А Лулу просто поражалась тому, как быстро оборотни отходят от плохого настроения. Вдруг верфольф стал почти серьёзным и понизил голос:

— И всё же прости за толчок. Больно было?

— Нет. Ну… почти.

— Хех, так тебе и надо. Нужно было сильнее вдарить. Шутка. Знаешь, что я хочу в качестве извинений?

— Что? Шаурму? — Лулу рассмеялась сама.

— Нет, это только Колин Крейвен может достать лучшую шаурму в городе, — отмахнулся оборотень.

Майк хитро улыбнулся и, понизив голос до полушёпота, произнёс: — Поцелуй меня.

— Ч-что?

— А-ха-ха-ха, — Майк смеялся так, что это уже переходило в некое подобие лая. —Ты бы видела своё лицо. Купилась, да? Как же легко тебя одурить, ё-моё!

— Вообще не смешно.

— Очень смешно. Надо было подождать, пока ты бы на меня бросилась с распростёртыми объятиями.

— Этого бы не случилось. Ты доиграешься до того, что я опять тебе сделаю больно. Кстати, как рука?

— Норма-ально, думаю заживёт.

Ты не задела крупные сосуды или нервы.

Они спускались по лестнице, и так как становилось светлее, Лулу смогла различить весьма глубокий порез.

— Я могу заживить.

— Не надо, — Майк внезапно стал серьёзным.

— Да это несложно.

— Нет.

— Почему ты отказываешься?

— Долг крови.

— Что?

— Это… я даже не знаю, как объяснить. У оборотней есть такая специфическая штука, если кто-то спасает жизнь волку или залечивает раны, то он должен отплатить этому существу тем же.