Последний Орден Инквизиции

Переплетающиеся друг с другом тонкие и полупрозрачные, словно вуаль. И живые. Я чувствую их, как нечто знакомое. Почти родственное. Они ощущаются как я, когда намеренно распыляю шаманское тело. Едва стряхнув с себя восхищение увиденным, я стараюсь пересчитать открывшихся перед глазами демонов. Из-за их переплетения, счёт усложняется, а за спиной происходит что-то, что тревожит гнездо демонов. Несколько «туманностей» шевелятся и замечают моё присутствие…

— Булочка, — вцепляется в меня Рая, вытянув обратно в кабинет к упырям.

— Живо за мной!

Отчего-то бывшая попутчица не желает смотреть на демонов и волочет моё шаманское тело всё ближе и ближе к физическому. Десяток голодных кроваво-красных точек пульсируют заметно ярче, в то время как Семицветик начинает постепенно гаснуть постоянно перепрыгивая с места на место и заставляя коконы смыкаться вокруг него. Тускнеющая звёздочка жизни и стальная с медью вспышка жмутся куда-то за обволакивающую липучку экзорцистов, за спинами которых пульсирующая тьма создаёт нечто большое и тяжёлое.

«Дела плохи!» — доходит до меня.

Всё это время Лао отбивается от озверевших упырей. Юби и Анжей ранены, а экзорцисты ничего не могут противопоставить ударной силе Иных. Чернокнижник? А что он может?

— Беги, Булка, демоны тебя заметили! — подгоняет меня Рая, сжимая в руках непонятно откуда взявшуюся цепь.

Смысл слов доходит не сразу. Обдав меня холодом мертвого ветра приходит осознание, что именно делают демоны с такими как я. Бег в астрале почти невозможная вещь.

Проще бежать в воде. Тело уже у самого носа, когда из стены выплывает несколько всполохов разноцветной энергии. Голодные. Любопытные. С одной целью. Рая раскручивает цепь, чтобы отогнать демонов от тела, но это мало помогает. Демоны вяло отмахиваются, подбираясь всё ближе.

Я несусь к телу так быстро как могу. Вот оно, моё родное. Окончательный рывок. Туда. В жизнь. В реальный мир…

Шаманка пошатнулась, едва не упав лицом вперед на грязный пол. В последний момент руки, машинально выставленные вперед, притормозили падение.

Тело било дрожью. Мышцы слушались плохо. Уши с трудом вылавливали звуки яростной борьбы. Ноздри дёрнулись от резкого запаха крови. Будто кто-то ранил собаку. Душок мокрой псины и железа. Девушка поднялась на ноги и неровной походкой пошла в сторону шума.

Дверь с грохотом захлопнулась, явив её глазам измученных агентов. Взмокший чернокнижник продолжал шептать что-то на латыни, создавая на двери непроходимый барьер.