Ведьмин дар

Когда я, едва удерживая протестующее средство передвижения, приземлилась посреди улицы, заброшенное каменное строение недружелюбно глянуло на меня пустыми окнами без занавесок и растений. Убрав амулет, я побрела через беспорядочно заросший сад к крыльцу. Кажется, вшитые в стены заклятья уборки ещё не кончились...

К приходу Ильи заклятья послушно вымели из единственной огромной комнаты пыль и невесть как просочившийся в запертое помещение июльский тополиный пух, а я раскатала по полу, предварительно почистив домашней магией, толстый палас и разложила подушки.

Вот, собственно, и всё нехитрое убранство. Мне много не надо, особенно там, где я не живу.

Приятель, стукнув в дверь, зашёл, огляделся и уставился на меня со смесью недоверия и подозрения.

– А архивы – это «чертоги разума»? – вопросил он ядовито. – Издеваешься?

– Увы, – я хлопнула по паласу, – времени нет. Садись. Если ты думал увидеть залежи бумаг и ряды шкафов, то слишком долго находился среди людей и ни разу не был в главном архиве Круга – в том, что внизу, в подвалах.

Вся ценная информация ведьмами давно зашита в амулеты, – я показала на потолок, украшенный гроздьями «ловцов снов», – и заклятья, – и кивнула на стены, кирпичи которых были испещрены символами.

– Конечно, не был – кто бы нас туда пустил... – проворчал приятель и недоверчиво прищурился: – А ты что, видела архивы Кругов? И личный архив Верховной?

– Садись, в ногах правды нет. И на стены не опирайся, защита может сработать. Больно. Начнём с «чертогов разума».

Илья устроился на ковре по-турецки и пододвинул ко мне кружку с чаем.

Я привычно обняла ладонями бока чашки и начала без прелюдий:

– Я воспитывалась в Кругу. В моей семье не было предрасположенности к определённой сфере, поэтому когда мне в Ночь выбора достался воздух, никто особо не удивился. Кроме меня. Ночь выбора ведьмы предполагает, что она сама находит нужную сферу силы: к тринадцати годам мы уже имеем представление, что и зачем, поэтому выбираем из предложенных вариантов то, что удобнее. А со мной всё случилось наоборот – воздух сам ринулся в руки, хотя меня всегда тянуло к душе, природе, огню, жизни.

Я сделала скупой глоток и продолжила, глядя в чашку:

– А через полгода начались галлюцинации. Вещие. Я видела то, что вот-вот должно случиться. Смотрела на дорогу, видела, как её перебегает кошка – а потом кошку сбивает машина, – моргала и возвращалась в исходную точку. И опять наблюдала гибель несчастного животного, но уже в реальности. Не знаю, как не рехнулась.