Доктор Шифр

Только я еще не совсем освоился с этим даром, поэтому прошу: ни единой душе!

— Какие вопросы, бегунок! — залихватски отмахнулся Петрович. Сейчас он походил на ученого, всю жизнь бившегося над прорывной теорией и наконец получившего подтверждение собственной правоты. — Даже не парься — не узнает никто!

Разумеется, узнали все.

Нельзя сказать, что для Андрея это стало неожиданностью. Петрович всегда был мастак почесать языком. Во время их недолгой совместной командировки подполковник минут двадцать мог бесперебойно рассказывать про очередную супероперацию, в которой ему однажды доводилось принимать участие.

Бравому разведчику даже не требовались наводящие вопросы — он предпочитал, чтобы все слушали молча. Просто слушали. Поэтому Волошин не питал особых надежд и не растерялся, когда спустя некоторое время по управе поползли байки об обладателе удивительных суперспособностей.

Первыми одолевшими скепсис и потянувшимися к Андрею на халявные консультации оказались такие же старлеи, как он сам. Волошин даже не попытался разведать, откуда они прознали о его таланте, — всё было ясно без слов.

Один из них жаловался на постоянные мигрени, и Андрей без труда рассмотрел небольшое скопление зеленого тумана в области шейных позвонков. Немного подкрутив биополе товарища, Волошин порекомендовал тому обратиться к толковому мануальщику.

Второй пациент, тучный старший лейтенант, битый месяц блуждавший по коридорам с жутко хмурым лицом, тоже подошел к одаренному коллеге и, отведя того в сторонку, тихонько пожаловался на бурный метеоризм.

По красному свечению в левой части живота Андрей догадался, что парень заработал воспаление желудка, и спровадил его к гастроэнтерологу, предварительно уняв симптоматику.

Третьим клиентом стал сослуживец Волошина по шифроргану — и ему даже говорить ничего не пришлось. По ярко-красному огню в паховой области Андрей смекнул, что минувшие выходные парнишка провел явно не с той женщиной. Следующей его остановкой будет кабинет уролога.

Удивительное дело, но новоявленный целитель совсем не испытывал раздражения по поводу того, что к нему пошли люди.

Напротив, он даже был рад, что Петрович не сдержал язык за зубами. Снова вспомнились слова дяди Сергея о неотвратимости перемен. Возможно, именно так они и начались, а Андрей стоял на пороге нового этапа.

Во всех трех случаях Волошин попрактиковался в манипуляциях с чужим биополем. К счастью, коллеги не слишком запустили свои болячки, и титанических усилий работа над ними не требовала.