Доктор Шифр

В научной работе по философии Волошин даже вывел нехитрую, но практичную формулу: «Есть лишь то, что мы либо в состоянии сделать, либо не в состоянии. Реальны только последствия наших деяний, либо недеяний». С самого детства он жил во мнении, что Судьба — это результат конкретных интеллектуальных или физических усилий. Никто не проложит нам путь, кроме нас самих.

А потом появился дядя Сергей и легкими движениями рук перекроил всю его доказательную базу. Жизнь Волошина побежала по пути, предсказанному экстрасенсом, не оставляя другого выхода, кроме как начать верить.

Но прав ли был Андрей, сразу ударившись в крайность, нырнув в этот омут с головой и отринув многолетний интеллектуальный фундамент? Не слишком ли поспешно променял старого друга на нового, более яркого и харизматичного, но не столь проверенного?

Случаи, подобные тому, что произошел с кальянщиком, красноречиво говорили, что не зря. Слишком однозначным было такое совпадение, словно перенесшееся в реальность из романтического фильма или книги.

Казалось, что всё действительно предопределено.

Недели через две после знакомства с Дашей Андрей созрел для того, чтобы отменить поздние сеансы целительства. Если раньше он принимал чуть ли не до полуночи, то теперь вернулся к графику, висевшему на двери «Кабинета биоэнергетической диагностики»: с 9:00 до 18:00. Многих клиентов, особенно тех, что любили просто заскочить на чаек и почесать языками, это возмутило, но Волошин умел отстаивать свои границы и интересы.

В школе иностранных языков занятия Борисовой заканчивались в три часа пополудни. Андрей старался разгрузить свой график на это время, и порой им с Дашей все-таки удавалось вместе перекусить в какой-нибудь кафешке. Затем она бежала на танцы, где преподавала до девяти вечера.

К тому моменту Андрей совершенно точно освобождался. Обычно он оставлял машину на стоянке, добирался до «Релеванса» пешком, а затем они вдвоем гуляли по улицам Серпейска. Июль выдался теплым и без осадков, словно таился в преддверии осени, а вот август разразился ураганными дождями.

Под первый из них как-то вечером и угодила парочка.

Ребята нырнули под козырек Дома культуры, где продолжили разговор под аккомпанемент шумящего ливня.

— Всё хочу у тебя спросить… — с задумчивым видом проговорил Андрей. — В кафе, после того, как мы подняли Артурчика…

— Хочешь сказать, когда ты поднял его, — улыбнулась Даша. В полумраке позднего вечера ее улыбка казалась загадочной.