Кошки правят миром

На стенах прибавилось фотографий. С них на Петю взирала худощавая блондинка. Она на море, у елки, возле пирамид. Самого Пети, как и Мартика, нигде не наблюдалось.

- Это как же? – опешил фотограф. На всякий случай ощупав себя руками и удостоверившись, что вот он, настоящий, Петя слез с кровати. Мягкий ковролин исчез, и левую пятку укололо холодом. Петя задрал ногу и уныло глянул на солидную дырку в носке.

- Да уж… – вздохнул он.

В этот момент по грязному линолеуму, застилавшему пол, послышался странный стук, и в комнату влетела псина.

Крупная, рыжая. Одно ухо стояло торчком, а другое заваливалось, прикрывая глаз.

- Фу, фу! – замахал руками Петя, не любивший собак. - Пшел отсюда!

Пес же дружески порыкивал и прыгал рядом, норовя ухватить за ногу.

- Эй, кто-нибудь! – робко пискнул Петя.

В комнату заглянула блондинка с настенных фотографий. Правым плечом она прижимала к уху трубку мобильного, а в пальцах мелькала пилочка для ногтей.

- Ленусик, пять сек, - обратилась она к трубке и, скривившись, взглянула на Петю.

- Ну чего орешь? Буся играет.

- Лапочка, - не растерялся Петя, - отзови ты Бусю.

Блондинка закатила глаза, но просьбу выполнила. Когда они скрылись в коридоре, Петя еще раз встал с кровати и пошел исследовать квартиру. Нынче здесь все изменилось. Исчезли комнатные растения, столь любимые Зинкой. Из угла пропали телескопические рыболовные удочки, гордость Пети. Зато появился велотренажер, а также множество коробок с невнятными надписями: ТК-2, О-1 и тэ дэ.

Петя робко заглянул в одну из них, чувствуя себя вором в своем же доме.

Картон скрывал баночки и пузырьки с косметикой, отчего в квартире висел странный запах, словно в отделе бытовой химии.

- Ничего не тронь! – прикрикнула на него блондинка, выглядывая с кухни.

- Я так, одним глазком.

Женщина исчезла, и Петя проследовал на кухню. Какой бы ни стала его жизнь, можно и к ней приспособиться, почему нет?

- Ласточка моя, - он осторожно тронул блондинку за плечо и сам испугался своей дерзости. С тех пор как они с Зиной поженились, он ни на одну женщину не взглянул, не то что не коснулся.

Облизнув пересохшие губы, Петя попробовал еще раз: – Ласточка, а что у нас на ужин?

- Я к тебе в домработницы не нанималась! – Дамочка дернула плечиком. – У меня диета, а тебе надо – сам сготовь. И еще: я завтра улетаю в Париж, и чтоб к моему возвращению тут все сверкало. Ферштейн? И Бусю не забывай выгуливать.

Пилочка вжикнула у самого носа Петю.

- Угу, - буркнул он. - Но у меня же работа...