Огненный вихрь для колдуна

С картошкой солянка тоже отличная получается. Особенно, когда есть хочется так, что слона проглотила бы.

И вот когда солянка была почти готова, у Аньки зазвонил телефон, который она оставила в сумке. Вытащив гаджет, увидела, что высветился незнакомый номер.

Сначала брать трубку не хотела. Подумала, что какие-нибудь кредиты или карты банковские будут предлагать. Но потом вспомнила, что могут позвонить из полиции, ведь она важный свидетель в деле об убийстве Фолетто, московского инкуба. Странно, что ее до сих пор Нина Ефимовна не вызвала.

Но пока Анька раздумывала, телефон трезвонить перестал. «Ну и ладно, - решила она. – Кому очень надо перезвонит». Оказалось, что кому-то очень надо. И телефон снова запиликал веселой мелодией, которая стояла на незнакомые звонки.

- Алле, - нажав на экране зеленый кругляш, буркнула сердито Анька.

- Анна-Мария Лопухина? – спросил приятный мужской баритон.

- Да, это я, - согласилась она, решив, что звонят из полиции, потому что так официально ее называли только там.

- Вы свидетель убийства, - уточнил мужчина.

- Похоже, так, - кивнула Анька головой невидимому собеседнику.

И утвердилась в своем мнении, что это полицейский. Только неизвестный. Ведь обычно ее показания записывал Саша-опер, а он, кстати, почему-то тоже молчит, как и следачка. Хотя и его можно понять. Наверняка Саша с суток отсыпается. Надо будет ближе к вечеру его набрать и выспросить, что новенького в деле Фолетто.

- Я бы хотел с вами встретиться, - продолжал мужчина. Немного помолчал, ожидая Анькину реакцию, но не дождавшись, пояснил. – Я прилетаю в Йошкар-Олу сегодня в районе 18 часов.

- Что? – глаза у Аньки непроизвольно округлились.

Потому что сразу стало понятно, что никакой это не опер из Заводского РОВД, а скорее всего какой-то знакомый самого Фолетто из Москвы. Самолет оттуда прилетает как раз в это время. И да, она как-то упустила из виду, что незнакомец сразу не представился, а ведь полицейские сначала говорят свою должность и фамилию.

- Вы кто? – спросила незнакомца с подозрением.

- Ох, извините, забыл представиться, - голос собеседника стал более мягким и обволакивающим. – Я старший брат Альберто. Мне сегодня утром сообщили печальную весть. И я бы хотел узнать все из первых рук, то есть от вас.