Лекарь 6

С первого января цены поменялись в магазинах, еще государственных, колбаса вареная, которой не лежало на прилавках по два рубля двадцать копеек за кило, появилась уже по шесть рублей и так же быстро исчезла, полежав всего пару дней. Стремительно обесценивающийся рубль не дал возможности зафиксировать цены на больший срок. После этого, кажется, уже не оказалось никаких ценовых ограничений, все решал только рынок.

Сам то я не помню таких событий, отец с матерью рассказывали, когда приходило время воспоминаний в семейном кругу.

Любили вспомнить это время, как пережили распад государства и что делали, чтобы выжить. Вопрос выживания не стоял так уж остро в нашей семье на самом деле, оба родителя оказались востребованными людьми и довольно быстро вернулись на прежний уровень жизни при советской власти, дальше благосостояние только поднималось.

Я же, судя по всему, теперь на сто процентов в Союзе и так как в Храм возвращаться мне еще рано, думаю пока задержаться здесь. Намеки из описаний, которые я вычитал в бумагах магов, вполне определенно говорят о том, что ходить через Храм без относительно большого перерыва – довольно опасно для личности и сознания.

Сколько это именно – это относительно продолжительное время, там нигде не указано, думай сам что хочешь.

Может - месяц, может - год, в любом случае мне придется пожить в новой для меня стране и времени. И не сказать, чтобы я оказался особенно против. Даже как-то волнительно снова попасть в страну всеобщего равенства и братства, пусть особенно в таких национальных окраинах и являющимися чисто номинальными понятиями.

Попади я на пока заблокированную Вуоксу, даже и не представляю, как мне легализоваться в этом новом мире, там очень трудно оказалось бы получить документы и провести их через государственные органы.

Здесь же, в благословенной Грузии, мне кажется, что это проще всего сделать за хорошие деньги и при поддержке местных хозяев жизни. Мне в моем новом состоянии достаточно сильного мага всегда есть что предложить и кроме денег.

В общем может это и не так просто провернуть, но точно здесь проще всего в СССР устроить такое дело.

Заодно я отошел к парникам и там пересчитал деньги в лопатнике Зураба.

Что же, есть чему порадоваться, несколько сторублевых купюр, в два раза большее количество зеленых пятидесятирублевых, еще больше фиолетовых двадцатипятирублевок и пол пачки в банковской упаковке розовых десяток, всего около двух с половиной тысяч рублей.