Пока все спят (4 сезон)

Я хорошо их помнил, а также то, что они со мной делал, как пинали меня из стороны в сторону и я с трудом выжил. Против них вышли другие твари.

Сразу три похожие на гусениц, твари медленно выползли на арену. Этих я тоже помнил, одна из таких доставила мне несколько неприятных моментов, но я смог ее одолеть. Эти твари охотились на тракте. Они хорошо знали, что делать и именно там им почти не было равных. Гусеницы на самом деле были просто составлены из множества более мелких. Как только они появились на арене, то носороги взревели и бросились в атаку.

Они и не думали что кто - то может быть сильнее чем они. Первый же удар носорога принес ему определенный успех, если это можно было так назвать. Одна из гусениц взорвалась и разлетелась на тысячи мелких, но именно тем и опасных тварей. Вслед за первой тварью взорвались и две оставшиеся, под ударами носорогов они не могли сохранить свою форму, те были намного тяжелее и быстрее. Зато мелкие гусеницы уже начали делать свое дело. Они выделяли слизь, очень похожую на тягучий клей. За десяток минут вся арена уже была в ней, а носороги двигались все медленнее и медленнее. Ноги были полностью в слизи и у них уже не хватало сил, чтобы разогнаться, хотя все это время они остервенело топтали мелких гусениц. Но победить им было уже не суждено. Чем больше они пытались освободиться тем больше они увязали в жиже. Настал момент, когда они совсем не могли двигаться и тогда рой гусениц набросился на них. Два огромных носорога были съедены за три - четыре минуты. Они ревели и пытались сопротивляться, но уже были обречены. Только еще не знали об этом. На арене раздавался только их жалобный рев, который было немного жаль слушать, но такова жизнь. А тварей я вообще не сильно жалел.

Когда все закончилось, то гусеницы снова собрались в большую и она осталась только одна. Носороги все - таки смогли нанести слишком большой урон, когда топтали мелочь своими ногами. За то теперь гусеница была выше уровнем и немного больше, чем изначальные.

Со всех сторон раздались щелчки, слившиеся в один единый гул, в котором невозможно было отличить один звук от другого. Я посмотрел на трибуны, происходящее начинало нравиться пятилапым. Сначала их осадили показав им их место и по сути уничтожив одного из них, а теперь это становилось похоже на развлечение. Они вскидывали лапы вверх и щелкали без остановки, пока гусеница покидала арену. Видимо носороги не были любимцами местных, скорее наоборот.