Тайна трех ведьм

Элизабет засмеялась и бросила в нее еще одну монетку. Ловкач тут же вскочил с колен и помахивая шляпой помчался к остальной труппе.

– Завтра он будет у вас, мисс.

Элизабет досмотрела честно оплаченное представление до конца и направилась в сторону дома, точнее новой съемной квартирки. Пока у нее все складывалось отлично, и хорошее настроение понукало ее улыбаться прохожим.

Но когда девушка свернула в темный переулок, на душе у нее отчего-то сделалось тревожно. Она огляделась по сторонам – никого не было видно. Прислушалась, ожидая услышать чужие шаги позади себя, но в ушах стучало лишь собственное сердцебиение.

Чувство, что за ней следят, не покидало, и она резко обернулась.

Пустынная улочка, каких сотни в этом квартале, наглухо запертые ставнями окна, тени, особенно густые в углах подле стен.

Два зеленых огонька мигнули на мгновенье у самой брусчатки и погасли. Девушка замерла на месте от ужаса, ожидая, что история с лиловым туманом вот-вот повторится, не закончившись на этот раз столь благополучно.

Но секунда ускользала за секундой, а ничего страшного не происходило.

Внезапно из того сгустка тьмы, где Элизабет видела яркие блики, вышла черная кошка. Ее шерсть лоснилась, а походка была грациозно-ленивой. Животное уселось посреди дороги и принялось умываться пушистой лапкой.

Девушка зачарованно наблюдала за излюбленной кошачьей привычкой, все так же боясь пошевелиться. Животное же тем временем завершило моцион, отряхнулось, встопорщив шерсть и посмотрело человеку прямо в глаза.

Придя в себя, Бэтси кышнула кошку, махнула на нее рукой и даже притопнула ножкой, но та ничуть не испугалась.

И только лишь, когда рядом с ней пролетел запущенный камень, лениво встала и плавно направилась по своим делам.

Девушка перевела дыхание и спешно продолжила путь, но сворачивая в очередной проулок, она неизменно оглядывалась назад, и каждый раз ей мерещилась там кошачья мордочка.

"Мне просто кажется, – убеждала себя в Элизабет. – В Сити множество бродячих животных, и ничего удивительного в том, что они гуляют по безлюдным улицам".

Она никогда не была суеверной, не вздрагивала ночами, услышав скрип на лестнице, и не верила в "городские легенды". Сменяющие друг дружку в семье Свиттов няньки были схожи лишь любовью к жутким историям. И они непременно выбирали самые проникновенные для малютки Элизабет.

У девочки было два варианта: дрожать, как осиновый листок от каждой байки, или перестать обращать внимание на глупые россказни домашней прислуги.