Сказки середины зимы

, мы тогда как раз стояли в Праге, помнишь, Самюэль? Да, это было 21 декабря, пятница – самый разгар рождественских базаров. Прага вообще очень красивый город, а перед Рождеством так просто сказочный: тысячи огоньков в нарядно убранных витринах, гирлянды и сувенирные палатки на Староместской площади. Даже статуи на Карловом мосту и те как-то приосаниваются и смотрят благосклоннее на толпы прохожих, целыми днями снующих туда-сюда.

«Кассиопея» стояла на Влтаве, а мы с Самюэлем гуляли, где захотим. Он отправился в Вышеград, а я осталась в Старом городе, мне всегда нравились кривые средневековые улочки, в которых, если прислушаться, то можно уловить шаги тех, кто уже давно умер.

Я прибилась к одному дому на Влтавской, где жили мастеровые и студенты. День-деньской они хлопали дверями, бегали туда-сюда, занося холод в помещение. А было как раз холодно, как сейчас – стояли знатные морозы, такие, что деревянные балки по ночам потрескивали от мороза. Воробьи мерзли сотнями, а те, кому повезло, лепились под козырьки крыш, туда, где пар поднимался от человеческого жилья.

Иржи был студентом Масарикова университета и занимал маленькую комнатку на пятом этаже. Ему повезло, потому что печь была обернута большим боком в его комнату, и он мог сэкономить на дровах, поэтому он очень дорожил этой комнатой. Был он очень славный, несмотря на то, что балбес – любил посмеяться и погулять с товарищами, стоило хотя бы какой-то копеечке завестись у него в кармане, как он тут же шел в пивную и немедленно от нее избавлялся.

В этом деле все студенты одинаковы.

Он и заметил меня под лестницей, принес к себе и дал поесть того, что у него было. Все беспокоился, что бедненькая кошечка замерзла, и даже сделал мне какое-то подобие гнезда из своей одежды, которое поставил возле печки. Там действительно было очень уютно и мягко, я была ему благодарна.

***

- Кто там за порогом? Новый год!

- А какой это год? Одна тысяча девятьсот четырнадцатый год!

- Что он нам принесет?

И тут дверь распахнулась.

То ли сквозняк был таким сильным, то ли кто-то пошутил, но даже щеколда треснула и разломилась – дверь пролетела до самого конца и треснулась о стену с такой силой, что посыпалась старая штукатурка.

За дверью никого не было. Только тишина и такая непроглядная темнота, что казалось, будто само пространство исчезло в ее проеме. Студенты испуганно притихли, никто не решался встать и закрыть ее.

- Ой, сколько всего хорошего он нам принесет, не унесем, надорвемся...