Сказки середины зимы

Хозяин плотно завязал его и… мышка в нетерпении аж посунулась вперед, чуть не выскочив из укрытия… легко вскинул его на плечо.

Краем глаза хвостатая углядела шевеление на печке. И тут же в ужасе зажмурилась. Осторожно приоткрыла один глаз: нет, не почудилось! На печи сидела сова. Огромная белая, она переступала с ноги на ногу и вертела круглой головой во все стороны. Мышь задвинулась в нору, оставив снаружи только острый нос и один глаз. Любопытство было нестерпимым.

Хозяин вернулся без мешка, но привел оленя. Такого безобразия, похоже, никто не ожидал.

Внучка вскрикнула и, схватив веник, бросилась выметать снег, что валился кусками с огромных раздвоенных копыт. Птичья мелочь, притихшая было на книжных полках, взвилась в воздух, гномы окружили ездового зверя. Они внимательно осматривали его копыта, ковыряли в них каким-то крючковатым инструментом, что-то пилили огромным напильником.

У мышки заурчало в животе. Она уже поняла, что ужина ей здесь сегодня не светит, придется искать пропитания во дворе. Еще раз, уже раздраженно, она оглядела комнату, развернулась и порскнула в темноту.

Вернувшись, сытая и продрогшая мышь улеглась спать, чутко прислушиваясь к суете, по-прежнему царившей в доме. Это было странно и, все так же непонятно, но очень хотелось спать. Маленькая зверушка решила оставить все загадки до завтра.

Следующий день удивил еще больше. В доме царила тишина. Высунув нос из норы, она внимательно огляделась.

Совы нет. Это хорошо.

Толстой суетливой тетки нет. Неплохо.

Гномы, птички и всякие олени отсутствуют.

Замечательно.

А где хозяин? Кресло пусто, за столом никого. А завтракать? А крошек насыпать? Что, опять во дворе искать??? Ужас, трагедия!

Может быть внучка? Безнадежно. И эта пропала. Значит, корочек тоже не дождаться…

Пришлось утешиться одинокой конфеткой, сиротливо валявшейся около двери. Наверное, выпала вчера из мешка…

Страница автора: https://vk.com/ipogonina59

Александр Богданов. Павлик и Новый год

Павлик молчал уже пять лет. За эти годы он растерял всех друзей, а потом и школу забросил.

Павлик совсем перестал улыбаться. Когда он проходил по улице, дети и взрослые сторонились его — нет, он никому не мешал, просто люди не знали, что с ним делать и как себя вести рядом.

Единственным человеком, который продолжал с ним общаться, был его дядя Виталя, взявший мальчугана на воспитание после аварии, в которой Павлик стал сиротой и замолчал. Врачи были бессильны — никаких отклонений, мешающих говорить, у мальчика не было.