Сказки середины зимы

Проклятый кашель, всё нутро отбил до крови. Что будет с Мартином, когда она умрет? Соседи и так на него косятся, а теперь ещё этот щенок...

- Мама! - из двери выглянул Мартин. Одной рукой он вытирал слезы, другой - скрюченной - неловко прижимал к себе белого щенка. - Дина умерла...

Бриджит подняла глаза на своего единственного сына. Худой, кривобокий, голова едва держится на тощенькой шее. Не ребенок - надломленный стебель чертополоха.

- Дина была уже старая, сынок, - она сглотнула солоноватую слюну. - А щенки?

- Они не пьют козье молоко.

Только этот, - Мартин погладил белого малыша. - Я его с пальца покормил, но у него задние лапки не шевелятся. Отчего это, мама?

"Что вам нужно от меня? - бессильно подумала Бриджит. - За что вы меня мучаете? Ведь двадцать лет прошло!"

Каким жарким было то лето. С душными, грозовыми ночами. На холме в разрушенном форте фэйри отцветала бузина. Все дети знали - кто встанет под куст бузины на Иванову ночь, тот увидит короля Добрых соседей. Бриджит поспорила с соседским Патриком, кто из них не струсит пойти туда ночью.

Патрика вовремя поймала мать. Бриджит отыскали только утром - спящую на склоне холма.

Родители потом год следили за ней. Бриджит на всю жизнь запомнила взгляды исподтишка - испуганные, недоверчивые. Теперь люди так же смотрят на её сына. Неужели она чем-то обидела Добрых соседей? Сколько лет она задает вопросы в пустоту. Никто ей не отвечает - ни Бог, ни Они.

- Что ж, - Бриджит вздохнула, - бери щенка в дом. Бог даст, вылечим.

***

Лопаты с чавканьем поддевают сырую землю, бросают на дерн, уложенный на крышку гроба.

Середина декабря, а снега ещё ни разу не было. Мартин переступил окоченевшими ногами. Из старых башмаков он вырос, а новые мама купить не успела. Мартин мазнул ладонью по щекам, стирая холодные капли. Он не плакал. Ночью Финн лизал ему лицо горячим языком и слизал все слезы. Теперь Мартин прятал от серого света сухие глаза. Мамина шаль, которой он укрылся с головой, напиталась моросью, отяжелела. Мартин хотел домой, к горящему в очаге торфу, к запаху парного молока, свежесрезанного тростника и вереска. К теплу свернувшегося на их общей постели Финна.

Имя сказочного героя выбрал для щенка Мартин. Чтобы вырос сильным и смелым. Все лето Финн пролежал в старой люльке, плетеной из ивовых прутьев. При виде Мартина поднимал лобастую голову, смешно топорщил рыжие уши. Почти не скулил, даже когда Мартин брал его задние лапы, разминал, гладил, как научила мама, прикладывал влажные листья щавеля.