Голубка для ворона

Но если женщина подсказала выход Светлане, значит, знает. Не может быть такого, чтобы они не нашли способов борьбы с паразитами в своем мире.

Света ушла бросив грязную посуду в раковине, и я решил ей помочь. Не совсем же я умирающий. Горячая вода лилась из крана, руки отмывали сковороду, а мои мысли сами собой свернули к прошедшей ночи.

Сон, для неё это был только сон. Но не для меня. Я жалел, что в этом состоянии не чувствовал её запаха, её желания. Вскрики, стоны, тихий лепет мольбы и вновь вскрики… Боги, какая же ты горячая и отзывчивая, моя девочка! В штанах стало тесно до боли.

Сжав кулаки и зажмурившись до звездочек под веками, застонал. Дурак, не понимал, что последует такая реакция тела? Это тебе не в ипостаси ворона сидеть. У него нет таких желаний.

Бросив недомытую посуду поспешил в ванную, принимать холодный душ. Успокоить мысли и тело вышло далеко не сразу. Но уже выходя из душа столкнулся с проблемой: в тот раз я попался с полотенцем. Ничего не оставалось как вытереться её, влажным после утреннего душа, полотенцем.

Вот только я не предусмотрел того, что запах девушки окутает меня и желание вернется вновь…

Глава 8

Света вернулась поздно вечером, когда я уже начал переживать, не случилось ли чего опять с этой девчонкой. Щелкнувший замок входной двери заставил поторопиться встретить Светлану. Хотелось удостовериться, что с ней все в порядке.

Девушка радостно улыбалась, и у меня отлегло от сердца.

— Сирион, я смогла убедить родителей малыша о необходимости “чистки”.

Так что вечерами я пока буду дома и подключусь к его лечению немного позже. А ещё, завтра пойду на работу, — она состроила расстроенную гримасу и тут же заулыбалась. — Но, я решила подсластить эту печальку и купила для нас с тобой мои любимые пирожные. Ты будешь их есть вместе со мной?

Ну, с ней я готов был есть что угодно. Мне нравилось все, приготовленное ей, да и вкусы наши совпадали. Так что, да, буду. Голова сама незаметно наклонилась набок, ну, что за дурная привычка у меня в теле птицы.

Светлана оказалась сладкоежкой, и мне было интересно попробовать то, что ей нравилось.

Пока девушка принимала ванну я сидел на подоконнике, задумчиво глядя в окно и не видя ничего вокруг. После прошедшей ночи что-то изменилось во мне. Нет, не так, не во мне, а сдвинулись какие-то акценты в отношении к действительности, к этому миру, к Свете…

Нет, она мне нравилась и раньше, и благодарность здесь ни при чем. Это я понял уже давно.