Серая Эльфийка. Танцы с саблями

Теона открыла дверцы и оценивающе обозрела Светкин гардероб.

Пока эльфийка отвернулась, я вскочил с постели и со скоростью намного превосходящей скорость горения спички, облачился с ног до головы (благо, пуфик со шмотками стоит около кровати; и зря малая ворчала, что храню в нем вперемешку кучу вещей, от носков до свитеров, зато практично — все в одном месте). Потом подумал, что бейсболка — это перебор, и засунул ее обратно.

«Твоя сестра магичка? — спросила она. — Тут одни робы».

«Э-э, не уверен», — ответил я, безуспешно пытаясь не смотреть на собеседницу.

«Хотя нет, — роясь в Светкиных тряпках, продолжила темная эльфийка. — Такое даже и магам не подойдет: накопители маны-то не встроены».

Что на это ответить? Действительно не встроены (знать бы еще, о чем речь).

«Целая куча бесполезного хлама», — подвела итог Теона.

Удалось сфокусировать зрение на ее лице и изобразить вопросительную мину. Но ожившая снова все испортила: повернулась ко мне задом и наклонилась, чтобы рассмотреть обувь. Господи, за что мне эти муки?

Внезапно девушка обернулась и обнаружила меня сидящим в оцепенении.

«Благодарю, конечно, за предложение, но тут совершенно непригодные вещи. Не вижу смысла их надевать, если они не дадут ни защиты, ни маны».

Собрав силу воли в кулак, и стараясь, чтобы не дрожал голос, я выдал: «Дело в том, что я — мужчина, а ты — необыкновенно привлекательная женщина. К тому же обнаженная. У нас не принято ходить голышом. Мне так тяжело общаться — мысли путаются.

«Ну, если настаиваешь. Правда, не понимаю, почему нужно стыдиться своего тела? Его же подарила нам природа. Эльфы если и облачаются во что-нибудь, то только в красивые вещи. И еще, я не разделяю предрассудков старших народов: друг другу они запросто показываются без одежды, тогда как предстать нагой, например, перед людьми, считается зазорным», — проворчала гостья.

«Теоночка, молю тебя, оденься».

«Ладно, пожалуй, возьму это, вот это и еще это», — покопалась в шкафу прелестница и принялась наряжаться, пристально изучая свое изображение в зеркале. Красоваться перед этим предметом — общее у представительниц прекрасного пола, обитающих в любых мирах.

«Уфф», — восхищенно выдавил я и зажмурился. Полегчало.

«Готово!»

Поднял веки и обомлел: черные блестящие сапожки на высоком каблуке переходят в того же цвета сетчатые чулки на бесконечно длинных совершенных ножках.