Дремучий случай

Она рассказала, что Дима на удивление быстро идет на поправку, его уже отпустили выздоравливать дома, и чувствует он себя прекрасно.

Я подозревал, что про «прекрасно» Оксана все-таки преувеличивает, но, во всяком случае, дела у него шли неплохо. Нам всем действительно чертовски повезло.

Один раз меня водили на допрос, где высокий, похожий на жердь следователь пытался втереться мне в доверие и выудить новую информацию. Я не поддался на его располагающую улыбку и отвечал на все вопросы односложно. Следователь остался очень недоволен.

Потом была очная ставка с Климом. Клим обвинял меня во всех смертных грехах, брызгал слюной и тыкал в меня пальцем. Что ж, надо отдать ему должное, он говорил правду, не привирал и не приписывал мне того, чего не было. Он даже рассказал чистую правду о том, как Сазан решил меня «убрать» и занять место главаря.

— Сазан хотел власти и обещал больше наживы, — рассказывал он, — кто-то поверил, что Змей предатель, а кто-то, как я, просто согласился, чтобы избежать ненужных проблем.

Я слушал его, улыбаясь краешком губ, и кивал, когда ловил на себе вопрошающий взгляд следователя.

Потом Клима увели, а я остался со следователем один на один.

— Очная ставка с Сазаном и Мохом меня тоже ждет? — спросил я.

— Если ты имеешь ввиду Александра Мохова, то все обвинения с мальчика сняты, он проходит по делу свидетелем.

Впрочем, я не удивился.

— Сазанов держал его в заложниках вместе с ребенком? — спокойно поинтересовался я.

Следователь сел напротив меня.

— Нет, это была самооборона, — сказал он, несколько скривившись.

— И оборонялся он от меня?

— Правильно мыслишь. — Капитан достал сигареты и закурил прямо в помещении. — Будешь? — Он протянул мне пачку.

Я не отказался.

— Между прочим, вы предлагаете закурить несовершеннолетнему, — заметил я.

— Да черт с ним, — отмахнулся он. — Этот несовершеннолетний ставит меня в тупик.

— Я вам все рассказал, — напомнил я, — и подтвердил все показания Климова. Показания Сазанова подтвердить, простите, не могу, потому что, дай ему волю, он меня в убийстве Кеннеди обвинит.

Следователь хмыкнул, потом сказал:

— Я разговаривал с твоим адвокатом. Энтузиаст. Пытался перетянуть меня на твою сторону.

Я улыбнулся, вспомнив адвоката, которого мне нашел Бендин. Пухленький кругленький невысокий мужичек с редкими волосиками, обрамляющими лысую макушку.