Дремучий случай

Как ты это делаешь? Ну, разговариваешь с ними? — Кто эти «они» пояснять не требовалось.

Я пожал плечами.

— Не знаю. Я просто их понимаю. Как тебя. Никаких усилий.

— Хотела бы и я так, — сказала она мечтательно.

— Э-э, зачем? — не понял я, до сих пор в своей сверхспособности я находил только отрицательные стороны.

— Как зачем? Это же колоссальные возможности. Ты можешь помогать несчастным душам, передавать сообщения от них живым.

Вот именно, этого-то им от меня и надо. Знала бы Оксана, какая толпа ждет меня уже в подъезде.

Жанне стоило огромных усилий выставить из всех из квартиры, когда я вчера вернулся сюда. Она взяла с душ какую-то клятву (честно говоря, даже не слушал, что она им говорила), что они не войдут в квартиру. Но на улице спасти от них Жанна меня не может. Или не хочет. Оно и верно, я ведь действительно сам виноват.

— Оксан, но их же сотни, даже тысячи, я не могу помочь всем.

Оксана смотрела прямо, не отводя глаз.

— Конечно, но это не мешает тебе помочь тем, кому сможешь.

— Не смотрел на это с такой точки зрения, — признался я.

— Пожалуйста, — хмыкнула Оксана и снова начала что-то печатать.

Хм, это значило, что я должен был ее поблагодарить за ценную мысль? Я как-то еще не вполне осознал ее ценность.

— А Дима где?

— На кухне, — ответила она, не поднимая глаз.

Что ж, разговор окончен. Впрочем, я не особо хотел его продолжать.

Березин действительно оказался на кухне, готовил обед в зеленом фартуке с веселенькими розочками.

От матери ему, что ли, остался этот фартук?

Дмитрий был увлечен своим занятием, что-то резал и напевал себе под нос. Со стороны могло показаться, что перед вами счастливый отец семейства, а не ключевая фигура в деле о проклятии.

— Хм-хм, — покашлял я у него за спиной.

Дима обернулся.

— Привет, — доброжелательно сказал он, — думал, ты не выйдешь.

— И оставлю тебя в покое?

— Была такая мысль, — признался он.

— Дим, дремучий случай. — Я сел на табурет возле стола. — Ты же понимаешь, что мне нужно все это не больше, чем тебе.

Но меня, так же, как и тебя, не оставят в покое, пока, мы не решим этот вопрос.

— Я знаю, — кивнул он. — Но я не знаю, как помочь, я уже голову ломал и так, и этак, перебрал все мамины вещи, ее старую корреспонденцию, но я не понимаю, какой ключ они ждут от меня. — Дима развел руками. — Честное слово, не знаю.

Я побарабанил пальцами по столу. Ясное дело, что не знает. Но ведь и никто не знает.