Призрачная встречная

Хах, Лера как-то сказала, что это похоже на то, как дети едят фруктовые пюре из пакетиков. А после подобных сравнений еще будет ругаться, что он зовет ее «девочкой».

Беззлобно фыркнув и отложив пустой пакет, Юрий потянулся и довольно прищурился. По сравнению с тем, как он ощущал себя всего полчаса назад, стало намного лучше. И, что немаловажно, он никого не убил. А мог бы из-за этого и под суд инквизиторов попасть. И не факт, что кто-то из архонтов — кроме его девочки, пожалуй, — встал бы на его сторону.

***

Просыпаясь в постели Юрия, Лера раз за разом испытывала безумное, тягучее, словно сладкая нуга, наслаждение. Юрий всегда, даже если вставал раньше, оставлял ее досыпать и не шумел, не пытался будить. Не торопил и не злился, если она решала просто полежать в дни, когда ей некуда торопиться — скорее охотно составлял ей компанию. Лера всегда ценила подобное отношение. И так же ценила тишину его квартиры, которая устраивала их обоих. Лишние звуки раздражали.

Это утро, как ни странно, исключением не стало, хотя Лера и ощущала, что ее состояние средней паршивости. Голова побаливала, казалась пустой и тяжелой, мысли еле ползли, а тело пусть и слушалось, но с некоторым трудом. Казалось, душ мог бы исправить ситуацию, но до него ведь еще нужно дойти…

Лера тихонько что-то промычала и сонно перевернулась с бока на живот, подоткнув подушку под головой. Попыталась отвернуться от солнечных лучей, но это оказалось неудобно, и девушке пришлось, щурясь, открыть глаза.

Пожалуй, ей очень нравилась спальня Юрия, нравилось, что окна в ней выходили на солнечную сторону, но, черт, как же это иногда мешало досыпать.

Все же разлепив глаза, Лера тихонько заворчала на слепящее солнце, и из-под ресниц посмотрела на проснувшийся город в панорамном окне. Невольно улыбнулась. Уже конец января, и за два месяца зимы Лера помнит солнечных от силы дня три. Все остальное — серость и мгла, словно кто-то взял солнце в заложники.

Но нет, оно, очевидно, где-то пряталось, потому что сейчас — вот оно, яркое и румяное, горячее сквозь стекло окна на фоне голубого высокого неба. Почти весеннего. А весну Лера любила.

Вставать совсем не хотелось, голова по-прежнему оставалась тяжелой, и девушка решила, что торопиться ей особенно некуда. Во всяком случае, не сейчас. Тем более, Юрий избавил окна от штор, а это значит — он более чем в норме. Беспокоиться уж точно не о чем.