Окно в Полночь

На каждом шагу мерещился не то собаковод, не то пёс, не то чья-то тень. Только панической атаки для полного счастья не хватает... А ещё ноги болят. Вроде пробежала-то всего ничего... Заставить бы себя как-нибудь спортом заняться, но... «Сынок, это фантастика!» Стоит пойти в спортзал, как появляется Муз, и ага. Бедненький, как он вчера выложился, пса за хвост таская... Я истерично хмыкнула. Крыша, стоять!

На работу после всех переживаний я прибежала нервно-возбужденная и жаждущая общения. И позитива. Насмотришься гадости – и сразу в люди тянет.

В людях, конечно, гадости тоже много, но ей хоть отпор можно дать. В отличие от светящейся зелёной псины и прочих параненормальных вещей. Нападавшие же такими спецэффектными были – Голливуд отдыхает. И вряд ли наши доморощенные гении смогли бы такое сотворить... Короче, прав глюк. Приду вечером домой, разбужу его и заставлю объясняться. Пора верить. Как бы бредово всё ни выглядело со стороны.

Общение мне предоставили сразу. Едва я переобулась и включила комп, как из своей берлоги выглянул Гриша и сообщил, что ко мне очередь.

На замену. Я обрадовалась и быстро, даже над кофе не помедитировав, сваяла проверочный тест. Обычная статья с двадцатью необычными и весьма распространенными в нашей газете ошибками. Я вообще всех журналистов давно по ошибкам вычисляла, без подписи угадывая, чей «шедевр» правлю. Анютку – по «-тся/-ться», Леру – по пропущенным словам, Костю – по обилию запятых, а Гришу – по Фрейду.

Первой пробовалась студентка с копной рыжих волос и в коротком клетчатом платье.

Валик бросил играть и мечтательно вперился в девицу. Студенка застенчиво обозначила три найденные ошибки, поправила пять верно написанных слов, и я быстро показала другу фигу. Он вздохнул и уставился на следующую блондинистую претендентку. Тоже страдающую профнепригодностью. Я вежливо утешила девочку тем, что «мы ей позвоним», и задвинула подальше совесть. Некрасиво, конечно, но...

Санька и Игорь, наблюдавшие за проверкой, дружно и недоверчиво фыркнули, а претендентка номер два ушла, сияя и виляя попой.

Я снова показала Валику фигу. Он скривился и недружелюбно воззрился на женщину лет сорока. Бывшая учительница русского языка, в строгом костюме и с пучком тёмных волос на затылке, за пять минут нашла все нарочные ошибки плюс три случайные. Я уважительно кивнула и коварно улыбнулась Валику, одобряя её кандидатуру. Друг сморщился, сплюнул и демонстративно ушёл курить. Конечно, с красивой девочкой в короткой юбке работать интереснее.